Ганнибал. Второй шанс. Интербеллум

Отблески пламени из священной ямы вырывали из темноты его большую бронзовую статую, стоящую на краю ямы с протянутыми над горящими углями руками. Из этой ямы поднимался стойкий запах горящей плоти.

Жрец, принявший младенца, подошел к мощенной дорожке к краю ямы и торжественно поклонился бронзовому идолу. У запелёнатого в красную ткань младенца кожаными ремнями связаны руки и ноги. Ребенок не спит; в его широко распахнутых глазах застыло удивление.

Одним заученным движением жрец перерезал младенцу горло, практически не причинив ему боли, спокойно, без борьбы и суеты, единственным взмахом железного лезвия как это делалось на протяжении более шестисот лет в священном месте.

Затем тело ребенка положили на вытянутые руки идола, откуда, задержавшись на несколько секунд, оно соскользнуло в пылающую печь ямы. Громче зазвучали флейты и тамбурины. Ритмично, словно в трансе, колеблется толпа, наблюдая за принесением жертвы великому богу, защищавшему Картхадашт с его основания. Ночь напролет продолжается жертвоприношение, пока восходящее солнце не разгоняет ночную тьму. К рассвету металлический бог наелся вволю, и жрецы объявили о его согласии защитить Новый Город.

После принесённых жертв, оказавшись на краю гибели, адират с миатом вновь призвали Хамилькарта. Неимоверными усилиями, сочетая храбрость с жестокостью, ум с изворотливостью и честность с предательством, Барке удалось спасти Новый город. Борьба с бывшими подчинёнными обошлась ему гораздо дороже, чем сражения с Римом.

Картхадашт был потрясен до самых своих основ, а Рим, воспользовавшись ситуацией, захватил еще и Корсику с Сардинией.

Это не было предусмотрено мирным договором, и Картхадашт попробовал протестовать, но ему пригрозили войной. Испуганное посольство Нового города моментально пошло на попятную и униженно упрашивало о мире. Рим милостиво дал себя уговорить в обмен на увеличение контрибуции и серьёзные уступки в торговле. В итоге попытка сэкономить обернулась унижением, потерей армии, разорением значительной части граждан и огромными убытками для казны.

Престиж Ханнона Великого упал, а Барка стал национальным героем. Миат, где доминировали сторонники Ханнона, попытался было привлечь Хамилькарта к ответственности, придравшись к поражению на Сицилии. Но на стороне полководца выступили народные массы. Аздрубаал Красивый, лидер баалим, привел тысячи своих сторонников к зданию миата в день процесса.