Дом у горизонта

Ты пьёшь? А, кстати, ничего, если на «ты»?

– Да, да! То есть, не очень пью, но, конечно, можно на «ты».

– Что же, придется одному. Ладно. Ты заходи, если что. Мой дом ни с каким другим не спутаешь – белый, в два этажа, во-он там, где город уже кончается. Заходи, я серьёзно. Ко мне, кстати, внучка на каникулы приехала, Ульянкой зовут. Где-то чуть тебя помладше. Так что милости прошу.

Эмиль поблагодарил нового знакомого, пожал на прощанье руку и отправился вдоль берега обратно.

В кафе, что ютилось на самой границе пляжа, орало радио.

Бухали барабаны, рычали басы, звенели тарелки, и все это, смешиваясь с криками людей, создавало непередаваемую какофонию, от которой заболела голова. Внезапно музыка стихла, и бодрый молодой голос возвестил:

– Итак, мы продолжаем передавать приветы и поздравления, и вот у нас есть сообщение для Эмиля от девушки, пожелавшей остаться неизвестной. Вот что она говорит Эмилю: «Ищи дом у горизонта». Вот такой квест неназванная девушка придумала для своего молодого человека, наверное, или для знакомого а, может, и совсем все по-другому, но в любом случае с вами радио «Бухта» – единственное радио, которое можно слушать на пляже.

Мы продолжаем наш музыкальный час, и для вас сейчас споёт группа «Звери».

Эмиль остановился в растерянности, словно его ударили по голове.

Глава 4.

Вечерний ветерок принес с собой запах рынка – удивительную смесь ароматов специй, фруктов и копченостей. Эмиль поставил на стол чашку недопитого кофе, поморщился и встал, чтобы спуститься с террасы.

Неторопливым шагом он вышел на дорожку, ведущую к морю. «Пойду, искупаюсь, а то это уже просто неприлично столько времени торчать дома».

Вода заставила Эмиля выбросить из головы назойливые мысли. Блестели впереди оранжевые блики, орали в вышине чайки, и не было ничего более важного и ценного, чем эта прохладная даль. Эмиль плыл очень медленно, вдыхая солёный воздух и слушая всплески тихих волн.

Через четверть часа вода стала неприятно тёмной, и Эмиль, перевернувшись на спину, направился к берегу.

В высоком небе розовели перья облаков и загорались первые звёзды. Эмиль вообразил необъятный морской простор под темнеющим куполом и подумал, что если бы кто-то поднялся в воздух совсем даже невысоко, то уже не увидел бы никого. Только бескрайнее море и глубокое чистое небо. И как можно считать, что человек может представлять хоть что-то значительное по сравнению с этим величием? Воля, разум, планы и усилия – ничто.