Дом у горизонта

А там, где прохладно и всякой живности полно, непролазные скалы и ущелья, туда только экстремалам дорога. Если хочешь, можешь попробовать посидеть на волнарезе часиков с шести утра до первых купальщиков. Авось, достанешь пару ёршиков или окуньков, кошке побаловаться хватит.

– Мда, мотивация, – проворчал Эмиль под нос. – И всё же я настаиваю.

– Ну, ладно, чувак, считай, что ты сам нарвался. Так и быть, соберу я тебе стартинг-кит. Только не приходи потом с нытьём, что, дескать, у нас тут удочки бракованные и приманки поддельные.

Все только на твой страх и риск. Возврата денег не будет.

– Идёт, – кивнул Эмиль. – Согласен. Давайте.

Продавец отшвырнул книжку на подоконник, выпрямился и подошёл к стенду с удочками. Через несколько минут перед Эмилем выросла целая куча всякой всячины: садок, сачок, блёсны, грузила и крючки. Звездой коллекции была, конечно, удочка – глубокого синего цвета со сверкающими колечками и аккуратной чёрной катушкой. «Да, сократил я расходы», – усмехнулся про себя Эмиль.

Конечно, сумма за покупку получилась весьма внушительной, но, несмотря на это, душа словно взмыла вверх и полетела среди облаков. Даже руки немного задрожали, когда Эмиль вынес весь набор из магазинчика.

Нонна Михайловна, увидев входящего в калитку Эмиля, вытаращила глаза и охнула.

– Ушел за одеколоном, пришёл с рыбопромысловым комбинатом.

– Да вот, решил попытать счастья. Отчего-то захотелось на берегу посидеть.

– А, только посидеть и получится.

Чёрт его знает почему, но в наших местах ловить удаётся только с лодок или вон, со скал в бухте. Да и то это всё бывалые моряки да спортсмены там всякие. А так что-то никак… Хотя, говорят, у нас тут и селёдки есть, и скумбрии, и окуньки морские. Но вот не ловятся, хоть плачь. Но ты попробуй, конечно, всё нервы успокаивает.

В комнате сразу образовался беспорядок, но Эмиль ничуть не смутился. Он бы уже этот вечер провёл на берегу, да вот только обещание, данное Феликсу, не давало этого сделать.

Кстати, да.

Эмиль набрал номер. Да, договорённость по-прежнему оставалась в силе. Пять часов вечера приближалтсь, и, чтобы не опоздать, пришлось поторопиться.

Хорошо, что Феликс ждал около чебуречной, а не внутри – встреча со свирепой продавщицей в планы не входила. Эмиль не любил сближаться с людьми, предпочитая тихое одиночество, поэтому шквал новых знакомств и явный интерес к его скромной персоне, смущал и настораживал.