Дом у горизонта

«Вот, даже он смотрит на меня так, будто что-то не в порядке, – невесело усмехнулся про себя Эмиль. – Чёрт, что делать-то?»

Путаница сводила с ума, и невозможно было понять, что вообще происходит. Если кто-то чего-то хочет, то почему об этом нельзя сообщить напрямую и без глупостей? Да и трудно предположить, что хорошие новости можно передать таким загадочным образом. С другой стороны, если есть слежка, то для чего о ней предупреждать? Опять же, что это за мужик появляется здесь уже второй раз? Откуда он знает адрес? Вообще нелепо как-то.

Подбрасывать конвертики – это, скорее, девчачья забава. Тяжело вздохнув, Эмиль прошёл вглубь сада.

Шелест ветра в листьях напоминал о детстве, о вечерах в старинном парке, успокаивал, словно нашептывая: «Всё будет в порядке». Проблемы остались вдали, и сама собой пришла мысль о прогулке по морскому берегу. Эмиль подмигнул сам себе, улыбнулся и вышел на улицу.

Сразу за рынком дорога круто сворачивала к морю. Здесь властвовали частные торговцы. Несчастных отдыхающих, изо всех сил пытавшихся прорваться к пляжу, отовсюду атаковали напористые люди, предлагавшие всё необходимое для лежания на песке: горячую кукурузу, бейсболки, надувных крокодилов и картины из ракушек.

Со всех сторон пахло пивом, персиками и резиной. Эмиль постарался поскорее проскочить мимо бурлящего пёстрого торжища и почти бегом свернул на узкую кипарисовую аллею.

По засыпанной красноватым мелким щебнем дорожке чинно прогуливались пожилые пары и мамы с колясками.

Эмиль перевел дух и медленно зашагал вдоль цветущих кустов и стройных деревьев.

Аллея закончилась, уткнувшись в павильон под вывеской «Советская чебуречная». Поддавшись на аппетитный запах, Эмиль открыл массивную металлическую дверь и шагнул внутрь.

На всех стенах алели кумачовые полотнища, в подвешенных к потолку колонках играло что-то давно забытое, а на столиках стояли пустые хромированные подставки под солонки и перечницы.

Над прилавком возвышалась рыжая женщина необъятных габаритов, суровая и неприступная, словно древнерусский кремль.

По всей видимости, тоже советская, принесенная сюда машиной времени. Она вопросительно уставилась на Эмиля, не говоря ни слова.

– Два, будьте добры, – негромко попросил он.

Тяжёлым движением громадная дама распахнула дверцу стеклянной горки, грохнула о прилавок толстой глиняной тарелкой и швырнула на нее чебуреки. Эмиль молча расплатился и отошел к самому дальнему столику у углового окна.