Аляска золотая

 – Катеньке и Петруше уже по семь с половиной лет, большие уже совсем, самостоятельные. А Шурику только четыре годика исполнилось недавно, да и болел он сильно по нынешней холодной весне, простуды замучили мальца…

– Господа! – неожиданно вмешался Людвиг Лаудруп, хорошо освоивший за последние годы русский язык, указывая рукой на Неву. – К причалу швартуется «Апостол Пётр». Я не велел ему этого делать. Сей фрегат должен нынче стоять в котлинском порту. Наверное, случилось что-то серьёзное.

Егор вытащил из-за голенища ботфорта подзорную трубу, навёл её в нужном направлении. Действительно, со стороны Финского залива неторопливо подходил «Апостол Пётр» – 64-х пушечный фрегат, недавно спущенный на воду флагман русского военно-морского флота.

С борта замершего у причала «Апостола Петра» на пирс были переброшены длинные сходни, по которым на берег стали торопливо спускаться солдаты в форме недавно созданной по Указу царя Московской дивизии.[4 - – Московская дивизия – авторский вымысел.

] У самого трапа замер – весь из себя гордый и независимый – подполковник Антон Девиер,[5 - – Антон Девиер – голландец с испанскими или португальскими корнями, в юности являлся личным пажом Петра Первого, в завершении карьеры (в первоначальном мире) дослужился (в 1718 году) до должности генерал-губернатора Санкт-Петербурга.] демонстративно глядя в сторону и презрительно выпячивая вперёд нижнюю губу.

– Как это прикажите понимать, господин подполковник? – гневно посверкивая своим единственным голубым глазом, глухо и недобро поинтересовался Алёшка Бровкин, обращаясь к Девиеру.

 – Что молчишь, сукин кот голландский? В морду захотел, гнида худосочная? Я к тебе обращаюсь….

По сходням забухало грузно и размерено – под тяжестью уверенных шагов, и знакомый раскатистый бас властно заявил:

– Молчать, вице-адмирал Бровкин! Молчать! У меня дело наиважнейшее, государево!

На василеостровский берег неторопливо и важно, грозно и многообещающе хмуря свои седые кустистые брови, сошёл сам князь-кесарь Фёдор Ромодановский – начальник царской Тайной Канцелярии.

– Здравствуй, Фёдор Юрьевич! – уважительно обратился к князю-кесарю Егор. – Проходи к столу, гостем будешь!

– Извини, Александр Данилович! – прогудел в ответ Ромодановский. – Не в гости я приехал к тебе…. Извини, ещё раз. Указ царский у меня! – небрежно махнул рукой в сторону.