АнтиМетро

Рвануло, так его растак… Теперь, если, даже, наверху остались живые, то они не знают нового кода. А старый обратно уже не ввести, хитрое оборудование такого не допускает – хрен знает, из каких соображений… Татьяна Сергеевна! Вас опять, судя по выражению симпатичного личика, терзают смутные сомнения?

– Ага! Получается, что с момента объявления «Атомной тревоги» – до непосредственно взрыва – прошло порядка четырёх минут? Как такое может быть? Честное слово, не понимаю…

– А что по этому поводу думает уважаемый Артём Петрович? – ехидно поинтересовался Мельников.

– Правдоподобная и прозрачная ситуация, – почти не задумываясь, ответил Артём. – Допустим, что баллистическая ракета с ядерной боеголовкой стартовала с североамериканского континента. Расчётное время подлёта до Питера – минут семнадцать-восемнадцать. Получается, что ракета (много ракет?) стартовала (стартовали?), а наши руководящие деятели ещё целых тринадцать с половиной минут сомневались и не могли поверить в реальность происходящего.

Потом, всё же, объявили «Атомную тревогу»… Впрочем, возможен и второй дельный вариант. Ракету (ракеты?) выпустил корабль (субмарина, ракетоносец?), находившийся в Северном море. В этом случае подлётное время составляет четыре-пять минут. Опять всё сходится. То есть, наши генералы, ни на йоту не сомневаясь, сразу же объявили «Атомную тревогу»… Кстати, Борис Иванович, а что у нас с фоном радиации? Измеряли?

– Конечно, измеряли. И ни один раз. Поднялся фон. Незначительно, но, всё же, поднялся…

– То есть, поднялся слабее, чем ожидалось?

– Слабее, – подполковник устало провёл ладонью по лицу.

 – Можно предположить, что заряд оказался не настолько мощным, как предсказывалось в инструкциях…

– Разъясните, пожалуйста, поподробней! – с надеждой в голосе попросила Таня.

– Ожидалось, что в случае начала активных военных действий, НАТО выпустит по Санкт-Петербургу баллистическую ракету, оснащённую боеголовкой мощностью от одной до пяти мегатонн. Но, учитывая показания наших приборов…

– Счётчиков Гейгера?

– Ну, и их тоже… Так вот, ядерный взрыв, скорее всего, был гораздо меньшей силы, чем прогнозировалось.

На сколько – меньшей? Затрудняюсь сказать. Может, всего четверть мегатонны. Может, ещё меньше. Заградительный щит, закрывший доступ к эскалаторам, имеет очень эффективную конструкцию. Причём, непосредственно у щита радиационный фон почти не повысился. А, вот, в туннелях – возрос…

– Попробуй резюмировать! – предложил Артём.