Кома

«Зачем? С чего ты взял, что он вообще хочет меня поймать? Может, он мог бы помочь, но сам боится?»

«Ага, это вроде кошки-мышки такие. Ты ещё как-нибудь с акулой в Египте так поиграй. Если выживешь, супермен фигов».

Мартин почесал кончик носа и вздохнул. Выбираясь из колючих плетей и липкой паутины, он пытался вспомнить, кого же напоминает эта нелепая фигура. Память металась по самым глубоким подвалам, по самым высоким чердакам, сравнивала, срисовывала и, наконец, дала ответ.

– Не пугай меня так больше, – сказала Заморючка, встретив Мартина взглядом, полным инея.

– Да я и сам себя напугал. Что и говорить, местечко супер. Но знаешь, я кое о чём начинаю догадываться. Разгадка где-то рядом, но пошли скорее, нам бы все-таки хоть куда-нибудь выбраться.

– Хоть куда-нибудь не надо. Я хочу на солнышко, в тепло, а не куда-нибудь. Мне этот сад с привидениями уже надоел до смерти. А ещё это мерцание.

Мартин приподнял левую бровь, огляделся и промолчал.

Мир утонул в синей непроглядной пелене, закутался теплым бархатом неба, исчез, оставив только светящуюся дорожку в осколке холодного стекла и странные всполохи где-то вдалеке.

Спокойствие и безмолвие. Словно в старинном парке ноябрьским вечером, когда в тумане тонут голоса и силуэты, и с веток мерно капает холодная роса. Только разница в том, что здесь не парк. Это не засыпающая природа, готовая улечься под пушистое белоснежное одеяло и ненадолго отдохнуть от яркого света и зелёного шума.

– Вряд ли мы что-нибудь сможем найти в такой темноте, – прошептала Алина, и от её голоса по спине пробежал холодок.

– В случае чего перенесём следствие на завтра. Хотя есть у меня предчувствие… Да что же это там мигает, чёрт возьми?

Мартин взял Заморючку за руку и побежал. Мимо проносились узловатые ветви, осыпались с увядших кустов лепестки, и странный мерцающий свет становился ближе.

– Это что, светофор, что ли? Вот тебе раз!

Алина выдернула руку и рванула так, что стук ее шагов стал похож на барабанную партию в стиле «тяжёлый металл».

Сквозь темный войлок ночного сада пробивались яркие цветные вспышки. Красный, жёлтый, зелёный, снова жёлтый – как на обычной дороге обычного города. Мартин прибавил шагу, но Алина по-прежнему обгоняла, выставив вперед спасительное стеклышко.

Светофор стоял даже не на перекрестке.