АнтиМетро, Буэнос-Айрес

Взять, хотя бы, его знаменитый роман – «Возвращение пираньи»…

– Что же мы теперь будем делать? – спросила Таня. – Может, позвоним дядюшке Виталику?

– Нет, амазонка, никому мы не будем звонить. А поступим, подражая «бушковским» героям. То есть, будем старательно и отважно, не жалея сил и собственной крови, выполнять полученное задание. Вплоть до отдельной отмашки со стороны высокого начальства…. Ладно, споры и дискуссии на сегодня закончены, ложимся спать. Иди-ка, любимая супруга, в душ, а я пригляжу за камином…

Проснулся он от того, что внезапно ожил чёрно-белый ящичек радио, висящий на стене – напротив их кровати.

Сперва раздались размеренные сухие щелчки, а через некоторое время мужской глубокий голос торжественно произнёс:

– Сейчас восемь часов двадцать пять минут. Время, когда великая Эвита Перрон стала бессмертной…

– Удивительное дело, – пробормотала Татьяна сонным голосом. – Если мне не изменяет память, то Эвита Перрон умерла ужасно давно. Кажется, в 1952-ом году, за три года до свержения диктатора Перрона.

А жители Буэнос-Айреса до сих пор боготворят её…. Да, судя по всему, Аргентина – кардинально и значимо – отличается от России. У нас героев прошлых лет принято забывать. Или же – старательно и целенаправленно – обмазывать свинячьим дерьмом. Практически всех, за редкими исключениями…. Впрочем, и исключительным персонам – рано или поздно – достанется по полной программе. Методика такая хитрая и навороченная: превозносим – потом хаем, расстрел – реабилитация, памятник – снос, бизнес на светлой памяти – новые, случайно всплывшие факты. Шоу, короче говоря. Мать его…

Глава пятая

Бар «Милонга», местный метрополитен и рыжая бестия

В «Милонге» (самом обыкновенном – по внешнему оформлению – баре), было прохладно и – по утреннему времени – почти безлюдно.

– Ола[15 - – Ола! (исп.) – Привет! Здравствуйте!]! Вам, уважаемые сеньор и сеньора, направо, вон в ту дверь, – приветствовал их метрдотель с глазами «фээсбэшного» подполковника.

 – Постучитесь, глядишь, и откроют.

Следуя совету странного метрдотеля, Артём подошёл к узкой чёрной двери и три раза стукнул костяшками правого кулака по матовой поверхности.

«Смотри-ка ты, дверь-то бронированная!», – восхитился наблюдательный внутренний голос. – «Знать, и бар этот – совсем непростой. Что-то вроде рабочей точки (опорного пункта, оперативного штаба?), местных спецслужб…».