Гвардейская кавалерия

Замкнутый хмельной круг, так сказать…

Наступила летняя аргентинская ночь. Повсюду зажглись, разгоняя по сторонам вязкую угольно-чёрную субтропическую тьму, ярко-жёлтые уличные фонари.

Такси остановилось на Пласа Италия, в пятидесяти-шестидесяти метрах от величественного памятника Джузеппе Гарибальди[5 - Джузеппе Гарибальди – народный герой Италии, военный вождь Рисорджименто, автор мемуаров.].

Они, рассчитавшись с шофёром, покинули автомобиль, который тут же укатил.

– Ага, сейчас состоится маленькое практическое тестирование, – обрадовано зашептал капитан Куликов.

 – Готовьтесь, доблестные идальго. В том плане, что старательно вспоминайте мои развёрнутые инструкции – относительно безопасного поведения…

Им навстречу шла группа молодых людей: три широкоплечих паренька и две стройные девицы. Юноши были одеты в узкие чёрные джинсы и широченные чёрные рубашки навыпуск. У одного из них из-под рубахи высовывались длинные деревянные ножны.

А второй демонстративно поправлял на кисти правой руки солидный ребристый кастет. Девушки же предпочли в этот вечер аргентинскую классику: светло-голубые обтягивающие юбки до колен и белоснежные кружевные блузки свободного покроя. На груди (над сердцем), у каждой был закреплён большой круглый значок с профилем Эвиты Перрон, а в руках наличествовали чёрные кавалерийские хлысты.

«Непривычно длинные и гибкие хлысты», – всмотревшись профессиональным взглядом, отметил Ник.

 – «И что-то узкое и блестящее в них встроено-вставлено. Хм…. Неужели – бритвенные лезвия? Однако…».

– Бог и Родина! – звонко известил прыщавый длинноволосый юнец, шагавший чуть впереди остальных.

Его спутники и спутницы тут же остановились и замерли в напряжённо-угрожающем ожидании.

– Родина и Бог! – непринуждённо ответил Банкин и, выдержав короткую театральную паузу, добавил – голосом диктатора Хуана Перрона: – Я искренне рад, что аргентинская молодёжь по-прежнему привержена истинным ценностям.

Более того, я по-настоящему счастлив. Кха-кха…. Большое спасибо вам, друзья мои!

– П-пожалуйста, – потерянно пробормотал юнец.

– Ик-к-к, – жалобно икнула одна из девиц.

Юные перронисты, непонимающе оглядываясь, скрылись в ближайшем переулке.

– Отлично сработано, – одобрительно ухмыльнулся Сергей Анатольевич. – С характерными нотками тонкого аргентинского юмора. Ладно, пошли в бар.