Гвардейская кавалерия

В этой стране, похоже, по-быстрому ничего «не выгорает»…

Но на этот раз «выгорело».

Более того, в двенадцать тридцать восемь они уже выехали на маршрут.

– Вот, так серьёзные дела и делаются, – несуетливо управляясь с баранкой почти нового пятнистого джипа американского производства, подытожил Ник. – Раз-два, и всё готово. Чисто по-армейски. Уважаю…. Что там, Микаэль, ты бухтел про «маньяну»?

– Был неправ. Слегка погорячился, – покаянно вздохнув, признал Банкин. – Хотя, как я понимаю, всё это произошло, лишь благодаря непреклонному армейскому авторитету генералиссимуса Франко.

Кха-кха…. А почему, кстати, мы запросили только двухнедельный запас продовольствия?

– Ну, их, эти «ижогистые» консервы. Терпеть ненавижу. Будем охотиться и рыбачить.

– Будем, не вопрос…. Опаньки! Ничего же себе. Охренительная картинка…

Машина, переехав по узкому мосту через бурную речку, выехала из города, и впереди, насколько хватало взгляда, простирались бесконечные ряды виноградников.

– Да, впечатляет, – согласился Ник.

 – А на некоторых растениях уже и гроздья ягод наблюдаются. Причём, разноцветные – в разных рядах. И светло-зелёные, и жёлто-янтарные, и ярко-бордовые, и тёмно-фиолетовые. Очень эстетичное зрелище, надо признать…. Как тебе, напарник, вид с правой стороны?

– Замечательный. Горы, горы, горы. А вон та величественная вершина с белоснежной снеговой «шапкой», это, надо думать, Аконкагуа, самая высокая гора всего американского континента…

Уже ближе к вечеру виноградники закончились, и внедорожник, беззаботно порыкивая, въехал в пампу.

– Останови, командир, – попросил Михаил. – Вылезем и немного осмотримся.

– Ну, и как оно тебе? – через пять-шесть минут поинтересовался Ник.

– Не наврали толстые книжки и глянцевые рекламные брошюры-буклеты. Да и авторитетный Сергей Анатольевич Куликов был абсолютно прав, утверждая, что именно пампа является полноценным и знаковым символом Аргентины. Впечатляет. Кха-кха…

– Что конкретно?

– Да абсолютно всё, если честно.

Хрустальный, слегка подрагивающий воздух, пахнущий диким мёдом и безграничной свободой. Бездонное голубое небо над головой, в котором величественно кружат, почти не шевеля крыльями, огромные орланы. Изумрудно-зелёная трава, слегка разбавленная нежно-фиолетовыми пятнами зацветающего чертополоха. Птичий приветливый щебет, долетающий, как кажется, со всех сторон сразу. Серо-лиловые горбатые холмы у самого горизонта, стыдливо тонущие в молочно-белой утренней дымке.