Гвардейская кавалерия

Музицируйте, сколько Душе угодно…

Ник, поднявшись на ноги, прошёл в дальний угол комнаты, где одиноко скучал низенький рояль, сел на хлипкий крутящийся стульчик и, небрежно прикасаясь подушечками пальцев к чёрно-белым клавишам, негромко запел:

Его звали – Че.

Много лет назад.

Не такой, как все.

Просто – солдат.

Отставь бокал пустой.

Ответь на мой вопрос.

Не торопись, постой.

Я говорю всерьёз.

Когда же он – вернётся?

Из тех небесных странствий?

И снова – улыбнётся,

Надежду нам даря?

И мы пойдём в атаку,

И сгинут – самозванцы,

И алыми тюльпанами

Покроется – Земля…

За окошком – свет.

На пороге – день.

Грусти больше – нет.

На душе – капель.

Поутру лишь – снег.

На небе – заря.

Серебристый – смех.

Было всё – не зря.

Когда же он – вернётся?

Из тех небесных странствий?

И снова – улыбнётся,

Надежду нам даря?

И мы пойдём в атаку,

И сгинут – самозванцы,

И алыми тюльпанами

Покроется – Земля…

В отблеске – свечей.

Пусть приходит – ночь.

Не надо нам – речей.

Все сомненья – прочь.

Они – не пройдут.

Будь спокоен, Че.

Они – не пройдут.

Никогда и нигде.

Когда же ты – вернёшься?

Из тех небесных странствий?

И снова – улыбнёшься,

Надежду нам даря?

И мы пойдём в атаку,

И сгинут – самозванцы,

И алыми тюльпанами

Покроется – Земля…

Его звали – Че.

Много лет назад.

Не такой, как все.

Лучший – солдат…

– Неплохо, – одобрительно похлопал в ладоши Мессинг.

 – Теперь мне многое стало окончательно-понятным и прозрачным. Очень многое…. Вот, Никита Андреевич, ознакомьтесь, пожалуйста, с данной директивой, – взял со столешницы и протянул лист тонкой светло-жёлтой бумаги. – Подписанной, между прочим, лично Иосифом Виссарионовичем.

– Приказ о переводе группы специального назначения «Азимут» – в полном списочном составе – в ваше полное и единоличное подчинение, – ознакомившись с содержанием документа, прокомментировал Ник.

 – М-да. Странный поворот…

– Что же вас так удивило, милейший Никита Андреевич? Упомянутая выше группа никем и никогда не расформировывалась. Да, её деятельность была временно «заморожена». Но не более того.

– Я понимаю…. Но как это – «в полном списочном составе»? На сегодняшний день в СССР лишь я один представляю «Азимут». Моя жена Зина умерла. Геша Банкин героически погиб в 1940-ом, при проведении достославной операции «Зверёныш».