Клоуны и Шекспир

В том числе, и техногенные аварии…. А куда, спрашивается, подевались два многополосных шоссе? Я же чётко помню географическую карту. Одно шоссе должно проходить с той стороны сопки, откуда мы пришли. Второе – с этой. Закавыка, однако. Вернее, шарада неразрешимая.

– Может, это и не Норвегия вовсе? В том смысле, что чёртов туман затащил нас э-э-э…

– Куда – затащил?

– А чёрт его знает – куда!

– В том-то всё и дело, что непонятно, – тяжело вздохнул Даниленко. – Совершенно ничего непонятно. Ничего….

Ладно, ночь приближается, пора задуматься о комфортабельном походном лагере. Там, ниже по склону, я приметил подходящую лощинку – ручеёк ненавязчиво шумит, имеется наполовину засохший кустарник. То бишь, куруманник, как выражается наш Вовочка, выросший в Сибири…. Пошли, брат.

– Пошли.

Они отыскали на берегу ручья подходящую ровную площадку, оперативно наломали сухих веток ракиты, развели аккуратный и яркий костерок.

– Пройдусь вдоль русла, поищу более серьёзных дровишек, – сообщил Тиль.

 – А, что ты задумал?

– Пойманную ставриду почищу и выпотрошу. Я догадался перочинный ножик прихватить с собой.

– Знаешь, я рыбу, конечно, люблю ловить. А, вот, кушать – не очень. Тем более, у нас собой нет ни сковороды, ни кастрюльки, ни соли…. Как ты её будешь готовить?

– Насажу на прутики вереска и запеку над костром.

– Фу, уже слегка подташнивает…. Может, не надо? Типа – рыбу выбросим, а поужинаем бутербродами?

– Не пойдёт, – нахмурился Леонид. – Ты не забыл, что вокруг наблюдается сплошная и безлюдная глухомань? Поэтому надо к продовольствию относиться бережно, трепетно и уважительно.

Когда ещё мы доберёмся до людей? Молчишь? Вот, то-то же…. Поэтому на сегодняшний вечер и на завтрашнее утро объявляется «рыбный день». Сейчас ставридку покусаем, а с утра – треску. Извини, но так надо. А два бутерброда и упаковка норвежских сосисок автоматически переходят в категорию – «неприкосновенный запас»…

Даниленко приволок и подбросил в костёр парочку приличных берёзовых коряжин.

– Прошу к столу, – пригласил Лёнька. – Рыбка приготовилась.

Они допили коньяк, закусили ставридой, закурили.

– Какая, всё-таки, гадость, эта ваша запечённая и совершенно несолёная рыба, – брезгливо поморщился Тиль. – Смотри, сколько звёзд высыпало на небе! Крупные все такие, неправдоподобно-яркие…. Слышишь? Ночной филин тревожно заухал. А, воздух? Чистый и безумно-вкусный.

– Чистый, спорить не буду. Вкусный.