Снега, снега

Жалко, конечно, что пришлось прервать тебя на таком интересном и завлекательном моменте.

– Да, они попытались украсть у меня дипломат с наличностью, – ехидно улыбнулся Лёха. – Жулики сибирские! Ничего у них не вышло…

– Я, собственно, не об этом.

– О чём же тогда?

– У тебя что-то было с этой развратной Татьяной? – серые глаза девушки заледенели, превратившись в две злые льдинки. – Ты с ней…м-м-м…, имел амурную связь? Что это мы строим такие непонимающие физиономии? Ну, с той, которая – «чичаза, чичаза»?

– Дык…

– Что – дык? Значит, было? Сволочь ты, Алекс.

«Аристократка, блин», – запечалился Лёха. – «Нет, чтобы спросить, как все нормальные люди, мол: «Переспал ты с этой черноволосой шалавой? Или же нет?». Амурная связь, понимаешь…».

Покаянно вздохнув, он пробормотал:

– Я же не знал, что на этом Свете существуешь ты. В смысле, в параллельном Мире. Извини…

– Бог простит. Если, конечно, посчитает нужным… А, как быть с Актрисой? Она мне рассказывала – много и подробно – о твоей необузданной страстности.

– Извини.

– Бог простит. Если, конечно, не забудет – в суматохе важных и неотложных дел.

– Я, собственно, по этому поводу и хотел поговорить с тобой, – смущённо замямлил Лёха. – Как раз, по этому…

– По поводу – важных дел Господа нашего? Или же хочешь мне предложить…э-э-э… Переспать с тобой? Как говорится у вас, грубых простолюдинов?

– Нет. То есть, да… В смысле…

– Не жуй сопли зелёные, ухажёр белобрысый, – посоветовала Графиня. – Говори, как оно есть.

Он и рассказал, немного смущаясь и запинаясь, о срочной (горящей, горячей?), вакансии. Мол, на далёких северных островах ждут, не дождутся крепкую семейную пару…

– Это ты мне делаешь предложение? – слегка дрогнув голосом, уточнила Ванда.

– Делаю.

– Так и сделай его – по всей форме. Как полагается.

– Графиня Ванда!

– Я вас, эсквайр, слушаю очень внимательно.

– Не сбивай меня, пожалуйста, – мягким – как детский пластилин – голосом попросил Лёха. – Пожалуйста…

– Хорошо, не буду.

– Я предлагаю тебе, бургундская графиня, свою крепкую мужскую руку и верное сердце. Всерьёз и навсегда.

– Навсегда? – задумалась Ванда. – А почему ты мне – всё это бесценное богатство – предлагаешь? Заканчивается год, отведённый для обитания в «Чистилище»? Не хочется – отправляться «в расход»?

– Это здесь не причём. Просто я… Просто…

– Ну, и? Смелее, отважный кавалер. Смелее!

– Я – тебя – люблю, – размеренно произнёс Лёха.