Егерь Императрицы. Кровь на камнях

Дело это было нешуточное. На такие мероприятия чином ниже подполковника не приглашали, а тут какой-то обер-офицеришка, командующий егерской ротой. Но на то были свои причины, и о них Лёшка уже догадывался.

– Ваше благородие, мундир наглажен, сапоги начищены и смазаны. Чакчиры[2 - Штаны.] мы как следует навохрили, – докладывал Потап Савельевич. – Завтра ещё раз все пуговицы до блеска натрём, чтобы они огнём на мундире горели, и вы у нас краше любого гхенерала будете! У парика тоже к обеду букли накрутим и косу как надо на нём выправим.

– Ваше благородие, извиняйте, что встреваю, тут вот ещё какое дело, – Карпыч, откашлявшись, мялся у порога. – Робята слышали, что у вас особенный гхенеральский приём назначен на завтра. И вот передали через меня вам кое-чаво. Хотели вроде ка, к вашим аменинам всё вот энто придержать, да зачем же тянуть-то теперяча?!

– Чего там такое? – Алексей с интересом посмотрел на переминающегося с ноги на ногу старшего унтер-офицера своей роты.

– Да, вот это тут, вы же с их высокоблагородиями и с их превосходительствами будете в одной зале перед самим фельдмаршалом стоять? Они-то, чай, там все расфуфырятся в золоте да ещё и в шелках богатых, а у вас-то, у нашего командира, зато вона чего будет, и вовсе даже не хужее ихнего, – и он с важностью достал из-за пазухи своего мундира какой-то матерчатый свёрток.

Лёшка развернул шёлковый, расшитый золотом платок, из тех, что высокие османские сановники повязывают поверх поясного ремня.

В его руках был тёмно-дымчатый с красивым голубоватым отливом, почти что чёрный волчий хвост. Эдакая необычная расцветка меха была крайне редкой. Один лишь раз видел Лёшка именно такой, на голове у командира элитной османской гвардии в виде его восточной шапки-малахая.

– С беслы? – и он пристально посмотрел в глаза Карпыча.

– Так точно, ваше благородие, – утвердительно кивнул тот. – Под Гирсово, када мы у реки их тысячу на себе держали, наши лучшие стрелки того волчьего гхенерала с его знаменосцем с их лошадей сбили.

Ну вот, а наши ребятки уже опосля боя, когда трофеи на поле собирали, так там, видать, и натолкнулись на вот энту его шапку, да на такой вот ещё богатый платок. Вы уж не побрезгуйте, примите их подарок, Ляксей Петрович?

Лёшка мял пальцами шикарный мех. Действительно красивый и редкий был волчище.

– Ладно, Иван Карпыч, конечно же, я беру. Буду с ним на парадном мундире перед генералами красоваться.