Егерь Императрицы. Мы вернемся!

Так что вам ещё крупно повезло, что вы попали сейчас в плен и что можете быть полезны русскому командованию. А теперь отвечайте на мои вопросы! Кто вы и как вас звать?! В каком отряде служили, и как звали вашего командира?! Сколько воинов в вашем отряде, где и какие вы видели вообще турецкие отряды, после того как вас высадили в Варне?!

Пленные начали наперегонки и перебивая друг друга тараторить этому страшному русскому с ружьём, задающему вопросы на таком хорошем турецком:

– Да, господин, нам очень, очень хочется быть полезными русскому командованию.

Меня зовут Фатих, а это Бурак. Мы уже три года не видели свои семьи, с тех пор как наш алай перевели из благословенной Антальи в Египет на усмирение мамлюков. Там было тепло и сытно, а местные глаза не смели поднять на воинов султана. Но месяц назад нам приказали грузиться на большие корабли и отправили по морю в эту северную Румелию.

Высадившись в Варне и немного отдохнув от морской качки, они отправились к границе с Валахией, где и узнали, что с русскими опять началась война.

Здесь им очень плохо, каждый местный смотрит волком, и к нему даже спиной поворачиваться страшно.

– А какой тут холод и какая дрянная пища! – причитал Фатих. – А начальство в тёплых домах сидеть не даёт, постоянно выгоняет нас на объезды этой огромной реки.

– И фураж тут худой, наши кони на нём истощали, – вторил ему Бурак.

– Так, расскажите-ка, где стоит ваш алай и какие ещё войска султана вы видели по дороге сюда и пока объезжали здесь реку, – Егоров перебил пленных, направив их рассказ в нужное ему русло.

* * *

Основной состав роты высаживался волной на берег. Цепь егерей выскочила на обрыв и, пробегая мимо выбитой турецкой стоянки, проследовала дальше, занимая плацдарм. Через несколько минут показались на реке и лодки орловцев. Майор Шипилов с интересом оглядывал место недавнего побоища.

– Сколько их тут было всего, Егоров?

– Двадцать пять, Ваше высокоблагородие. Двадцать три трупа, и ещё двое пленных, – доложился поручик.

 – При них штатное оружие, но оно так себе, – покачал он головой, – никакое. А вот три десятка коней очень даже неплохие. У меня есть люди, кто в этом разбирается.

– Кони – это хорошо, – кивнул Шипилов. – Можно будет на них запорожцев посадить. Для казаков конь – радость, а у нас хоть какая-то кавалерия будет, чтобы тот же дозор вести и связь между командами держать. Никто, надеюсь, не ушёл из стоянки, когда вы её брали?

– Никак нет! – покачал головой Егоров.