Венецианский купец. Книга 6. Падение Твердыни

– Витале, я не забыл, – он тяжело вздохнул, – но, если ты думаешь, что того, что ты один можешь захватить город, не понимают другие рыцари или Бонифаций, то глубоко заблуждаешься. Потому они и затягивают все, поскольку боятся, что ты один заберешь себе всю добычу. Бонифаций это видел еще прошлый раз, ему хватило того опыта общения с тобой за глаза.

– Ладно, мне пора к кочевникам, нужно с ними переговорить, – я покачал головой, – в обед встретимся.

– В обед мы снова отправимся на переговоры под стены города, – ответил он, – будут представители императоров, они пытаются тянуть время, но я уверен, что мы их дожмем в конце концов.

– Хорошо, не забывай только, пожалуйста, надевать шлем и кольчугу, что я подарил тебе, – попросил я его спокойным голосом, – на всякий случай.

Он осторожно на меня покосился, но я сделал вид, что просто беспокоюсь за его жизнь.

***

– Витале-бей! – обрадовались моему приезду кыпчаки, откровенно скучающие без дела. Ну разве можно назвать развлечением разграбление соседних селений и замков, так, сущая ерунда для бравых сыновей Степи.

– Мне наконец сказали, почему все медлят, – признался я старому вождю, с благодарностью принимая чашку с кумысом. Редкостная гадость, но отказать было нельзя, не поймут.

– Думаю, боятся. Вас. Нас, – хитро прищурился он, делая медленный глоток из своей чаши и смотря, как я потягиваю столько же кислого напитка из своей емкости.

– Ваша мудрость не имеет границ уважаемый, Эльбек-ага, – пожал я плечами, – но я кое-что предпринял в этом направлении, и, если план сработает, у нас будет хорошая драка.

– Пьетро-бей – хороший воин, – он отрицательно покачал головой, – мы его знаем. Воины будут его слушаться так же, как и вас. Не стоит беспокоиться об этом, Витале-бей.

– Да я не за себя, за вас беспокоюсь, – улыбнулся я ему, ставя пустую плошку на круглый сборный деревянный стол, – если будет неповиновение, вы лишитесь части добычи.

– Эх, каменное сердце у вас, Витале-бей, – вздохнул один из самых уважаемых вождей половцев, которым было доверено разговаривать со мной лично, кроме главного старейшины рода.

– Жизнь заставила, уважаемый Захуз-бей, – повернулся я к нему, – вот недавно случай был, доверил я людям принимать оплату за услуги, которые город оказывал страждущим, а они возьми и подумай, что это их деньги.