Больное сердце

Где-то они были совсем маленькими, сугубо исследовательскими, где-то представляли собой целые города, но в основе каждой лежали, как правило, все те же стандартизированные конструкции, из которых, словно из конструктора, можно было собрать жилые или рабочие модули за считанные часы, а в случае критических повреждений очень быстро заменить точно такими же.

Возле открытого люка одного из модулей их поджидала женщина. Она была худой и высокой, под метр восемьдесят точно, и на ней не было спецкостюма – всего лишь матерчатый синий комбинезон.

Что поразило Тимона, женщина выглядела непривычно для этого века немолодо, он дал бы ей лет пятьдесят: грубая, загорелая до шоколадного оттенка кожа, лицо с морщинками, обильно сдобренные сединой пряди волос, выбивающиеся из-под защитного цвета банданы. И глаза… Вот они были у женщины молодыми – голубыми как небо и очень яркими, но в то же время несли в себе умный, слегка усталый взгляд много чего повидавшего человека.

– Принимай, – не здороваясь, сказал ей Сапов.

 – В этот раз мало, но всем поровну, не думай.

– Думать-то вы мне никак не запретите, – недружелюбно сверкнула она голубыми льдинками глаз. – Давай контракты!

Тимон вспомнил, что контракты они подписывали виртуально, через ид-чипы, значит, так же происходила сейчас и передача. «Вот только почему опять через посредника?» – подумали они оба с Тимуром.

– За костюмы сколько? – спросила женщина.

– Костюмы я забираю, – сказал старпом.

– Я же заказывала, я просила! Говорила ведь: был пожар на складе, а роботы спасали лишь технику – им-то на антигравы насрать… У меня осталось только два костюма! Я сама уже давно без антиграва привыкла, но ребят-то зачем мучить?

– Их предупреждали насчет здешних условий, – пожал плечами Лерон Таминович.

 – Контракт не вслепую подписывали. А целых два костюма – это уже много! Будут по очереди носить.

– Значит, война продолжается? Ну и сука же ты, Витаминыч. И Динамитыч твой сука, падаль гнилая.

– Ну-ну, ты полегче! Сейчас догавкаешься – устроим выбраковку, пойдет твой лес по цене дров.

– Я ж говорю: суки.

– А я говорю: догавкаешься! – рявкнул Сапов.

Но женщина на это не отреагировала, а перевела взгляд на Тима и двух других лесорубов:

– Простите, из-за этой гниды с вами не поздоровалась… Меня зовут Надежда, – протянула она каждому сухую, цепкую ладонь. – Можно Надя или Надин, кому как удобнее. И – да, базу муж назвал в мою честь.

– А где он сам? – спросил Тим.