Скиталочка. Куда он, туда и я

И я сомневаюсь, что целесообразно делать нас несъедобными. Я могу что-то напутать, и мы на самом деле станем… Ну ты понимаешь. Насчет невкусности – то же самое. Синильная кислота в наших жилах комаров, быть может, и отпугнет, но…

– Не продолжай, – сказала я. – Я поняла.

– Насчет синильной я, конечно, пошутила, – поспешила утешить меня ведьма.

– Серную или соляную тоже не предлагай. Не люблю. Слишком едкий запах. Кстати, вот с запахом-то поэкспериментируй. Ты же помнишь, как пахнут все эти антикомариные гадости?

– Не очень.

Я, видишь ли, в основном дома сижу. Походы всякие – это не мое.

– Ничего, зато сейчас находишься, – буркнула я. – Ну тогда, может, попробуешь… не помню точно, чем этих гадов отпугивают? Ультразвуком? Или инфракрасным светом?

– Инфракрасным вряд ли… – исполняя на пару со мной антикомариную пляску, сказала подруга. – По-моему, мы им и так светимся. А вот ультразвук… Какая должна быть частота, не подскажешь?

– Да кто я тебе – юный радиолюбитель, что ли?! – начала выходить я из себя.

 – Делай любую! Что угодно уже делай! Звук, свет, черта лысого! По-моему, они еще дыма боятся!..

– Откуда, по-твоему, из нас должен идти дым? – поинтересовалась Анна.

– Я даю твоей фантазии полную свободу! Лишь бы убрались эти кровопийцы! – завопила я почти уже в истерике.

– Хорошо, я попробую. Только потом не ругайся.

Было уже слишком темно, так что я не видела, какие именно пассы совершала подруга. А из-за комариного звона я почти не слышала и слов заклинания.

Лишь отдельные обрывки: «З-з-зз… свист лютый… з-з-зз… нос гнутый… з-з-зз… свет синий… з-з-зз… кол осины…» И так далее и тому подобное. Еще минуты на полторы.

Признаться «кол осины» меня несколько смутил. Но, во-первых, я могла неправильно расслышать, а во-вторых, если прибегнуть к ассоциациям, то комары по своей мерзкой сути являлись самыми натуральными вампирами. Так что осиновый кол… Главное, чтобы Анна не предложила протыкать каждого комара осиновым колом, стараясь попасть именно в сердце.

Но я все же верила, что потомственная ведьма Анна Александровна до такого примитивизма не опустится.

И тут – бэм-с! – я ее увидела. Только что аккурат к ночи помянутую потомственную ведьму. Она выглядела уставшей и синей. В смысле, уставшая Анна светилась синим светом. Неярким таким, приглушенным. Как ночничок в детской. Такой основательный ночничок, под метр семьдесят. Да еще и тоненько попискивающий, если хорошенько прислушаться.