Зона Севера. Взломщик

Когда прадеда энкавэдэшники брали, они все в доме перерыли, забрали все его дневники, записи… Но один листок залетел тогда за шкаф, и дед нашел его лет через двадцать, когда менял мебель.

– И че? – все еще сердито сопя, буркнул Капон.

– Так вот он, читай, – вынул Васюта из-за пазухи и положил на стол небольшой пожелтевший листок, заполненный ровными рукописными строчками.

Андрюха взял его и прочел следующее:

«…взрыв был страшнее, чем мы ожидали. И вовсе не внешне, не в плане материального воздействия, поскольку разрушил он не физическую сущность, а открыл тот невероятный, инфернальный, я бы сказал, ужас, от которого мы, казалось, давно избавились благодаря нашей великой революции.

Самое страшное, среди нас нашлись такие, кто хотел продолжить контакты, впустить сюда эту гадину. Но нет, с царским режимом нам уж точно не по пути. Поэтому мы взорвали смердящую точку на сопке Нюдуайвенч[2 - Нюдуайвенч – гора в Мурманской области к югу от города Мончегорска. Вершина расположена северо-восточнее горного хребта Мончетундры. Высота – 480 м.], путь в эту бездну отрезан».

Капон недоуменно повертел в руках листочек. Наблюдавший за ним Васюта кивнул:

– Вот видишь.

– Вижу, – сказал Кожухов. – Долой царизм, да здравствует революция! Как там?.. Весь мир насилья мы разрушим… Короче, все теперь ясно: твой прадед кукухой поехал. – Он вернул приятелю листок и потянулся за бутылкой: – Давай лучше пиво пить.

– Вообще-то он в лагерь после этого поехал, а не в дурку, – обиделся теперь и Вася Сидоров.

 – Между прочим, дед разбирал потом книги прадеда, которые не конфисковали, и нашел карту наших мест, подробную, ну, знаешь, с такими еще геологи работают… Так вот, на этой сопке от руки крестиком обозначено место.

– Да мало ли что там обозначено! Сам говоришь: геологи. Может, рудную жилу нашли.

Но все же Капон, было видно, заинтересовался. Он отхлебнул пива прямо из бутылки, отставил ее, задумчиво прищурился, а потом сказал:

– Нюдуайвенч, значит? Нюдовская гора по-нашему… А чего, давай завтра туда и прогуляемся.

Там, конечно, ничего нет, все там уже хожено-перехожено, но хоть разомнемся, воздухом подышим.

– Не, я по горам лазать не люблю! – замотал головой Васюта.

– Да какая там гора, одно название! Или ты в отказ пошел, согласился, что твой прадед с головой не дружил?

– Замолчи! – процедил, насупившись, Сидоров. – Не тебе моих предков судить! Хорошо, идем туда завтра. И если что-нибудь найдем, ты передо мной за прадеда извинишься.