Дом из красного кирпича

Именно Менделев, а не Менделеев, – изображая улыбку, шевельнул он усами. – Я в некотором роде ученый – правда, без степеней и званий. Точнее будет сказать: исследователь. А пригласить я вас хочу в мой… скажем так, офис. Мы арендуем тут неподалеку помещеньице для… э-ээ… исследований. Совсем близко, я даже машину не взял.

– «Мы»? – вопросительно посмотрел я на Менделева.

– Да, я не один. Но сейчас там никого нет, так что нам никто не помешает.

Дмитрий Иванович замолчал, не сводя с меня взгляда.

А я опять засомневался. Бес его знает, этого «недохимика»!.. Сейчас заведет меня в ближайшую подворотню и… Я чуть не рассмеялся вслух. И что, ограбит? Украдет автобусный билет и – сколько там? – едва ли тысячу сверху да предмет антиквариата в виде старого мобильника?… Хотя, с другой стороны, он может не знать, что у меня ничего больше нет. Но про автобус же знает… Тьфу ты!.. Что же делать?

Заметив мои колебания – а это плохо, артист должен уметь держать лицо, – Менделев полез во внутренний карман пальто, достал оттуда паспорт и протянул мне:

– Держите.

Ваши сомнения мне понятны. Но я хочу, чтобы вы с самого начала мне доверяли.

Я смущенно хмыкнул, но паспорт взял. А почему нет, собственно?… Открыл, увидел на фото знакомые усы и лысину, пробежался взглядом по ФИО, отметил, что дядька из местных, зафиксировал дату рождения… ага, я не ошибся, усачу тридцать девять… Закрыв паспорт я отдал его Менделеву и кивнул:

– Годится.

– А вы не… – покрутил тот ладонью.

– Что, и мне предъявить паспорт?

– Нет-нет, я просто хотел, чтобы вы тоже представились. Надо же как-то к вам обращаться.

– Как? Вы не все обо мне знаете?… – съерничал я, но сам же и поморщился от неудачной шутки. – Простите… Зовите меня Василием.

– А…

– Просто Василием. Этого достаточно.

– Хорошо, Василий. Идемте же, а то вы опоздаете и на этот автобус.

Глава 2

На автобус я действительно опоздал. Точнее, я просто никуда не поехал.

Но – обо всем по порядку…

«Помещеньице», которое снимал Менделев, размещалось на первом этаже жилой девятиэтажки и представляло собой метров двадцать в длину комнату с четырьмя закрытыми жалюзи окнами. Раньше там, скорее всего, было что-то вроде библиотеки – даже осталось несколько стеллажей, заваленные теперь электротехническим и прочим хламом: приборами, инструментами, мотками цветных проводов, коробками из-под аппаратуры.