Осада рая

Но я ж говорю: топлива нет, а тепловоз жрет много.

– А электричество?! – воскликнул Нанас.

– Самое бы то, конечно, – согласился Костя, – электровозы есть. Но это же надо подстанции всюду восстанавливать, сеть… Но до Питера все равно не сделать. Даже до Петрозаводска не сделать. Хотя тот тоже, вроде как, разбомбили, а значит, и полотна дальше нет. Так что забудь о своем метро. Зато станция «Полярные Зори» – вот она, любуйся на здоровье!

И водитель кивнул за окно на низкое, с огромными стеклянными окнами – многие из которых, были, правда, закрыты досками – грязно-розовое здание, мимо которого они как раз проезжали.

– Оля… н… е… ори… Что-то непонятно… Оля, не ори. Кому это написано?.. Кто такая Оля?

– Пошутить решил? – хмыкнул Парсыкин. – Не смешно. Но ты, Колян, гляжу, не такой уж и дикий, читать умеешь!

– Я не шучу, – насупился Нанас. – И хоть я еще не все буквы знаю, но там написано: «Оля, не ори»!

– Нанас, – тихо сказала сзади Надя, – там просто некоторые буквы стерлись.

Парень смутился. Он подумал, что Костя мог и на самом деле обидеться, что он прочитал какую-то глупость о его городе, поэтому поспешил сказать:

– Извини. Я правда не знал…

– Да ладно тебе, проехали.

Станцию они и правда уже проехали. А потом водитель повернул было направо, но вдруг, притормозив, круто развернулся.

– По Строителей чуть короче, – непонятно сказал он, – но в честь дорогих гостей сделаем торжественный въезд, по Нивскому.

Нанас сначала смотрел вперед, а потом прильнул лбом к стеклу справа, потому что именно на этой стороне было сейчас много домов. Так близко жилые здания он видел только в Ловозере, Видяеве и 27-м километре, но там они были давно заброшенными, почти все – с окнами без стекол, да и не такими высокими, как здесь. Хотя и тут встречались дома, в которых окна почему-то были закрытыми досками, и он спросил об этом у Парсыкина.

– Потому что стекла негде брать, – ответил Костя. – Разве что заимствовать из тех квартир, где никто не живет.

– А разве у вас не все дома заняты? – с удивлением спросила Надя. – Почему же вы тогда не пускаете всех желающих?

– Дома, конечно, заняты не все. В первые годы много народу убыло; рвались к нам со всех сторон, пока периметром город не закрыли – многие в стычках полегли. Да и так умирает людей куда больше, чем рождается.