Обретая суперсилу. Как я поверил, что всё возможно. Автобиография

В руках она несла белый пенопластовый крест, украшенный красными и голубыми цветами. София уверенно шла по кладбищу к квадратной мраморной надгробной плите, выделявшейся на фоне зеленой травы. Подойдя к могиле, она перекрестилась, нагнулась и положила на землю венок.

Закончив молитву и перекрестившись еще раз, она притянула меня к себе, указала на надгробие и спросила:

– Ты знаешь, что здесь написано?

Конечно же, я знал. Мне только что исполнилось шесть лет, и, как большинство детей, я перво-наперво выучил, как пишется мое имя.

Надпись на мраморной плите гласила: Джозеф Стражински.

– Это твое имя, – сказала бабка. – Это ты.

Я не помню ничего, что происходило потом, вплоть до момента, когда мы вернулись домой. Предполагаю, что некая часть моего сознания поставила прочные перегородки, как бы надежно отделив меня от мыслей о том, что значат слова «Это ты лежишь там, в земле».

Однако с того самого дня я глубоко осознал собственную смертность.

Я понял, что существую на этом свете кратчайший промежуток времени, всего лишь миг, и что я должен использовать это время наилучшим образом. Я понял, что должен сделать хоть что-то со своей жизнью.

Через несколько дней утром я встал с кровати и вышел в гостиную, где меня уже ждали родители. Отца только что выгнали с очередной работы, но в этом не было ничего необычного. Необычным было то, что он сказал.

– Мы переезжаем в Калифорнию.

Глава 5

Обед из голубя и арбузов

В тайне от Софии отец связался с моим дедом, который вовсю кормил Чарльза историями своих успехов и жизненных побед. Казимир рассказывал о крупных деньгах, которые можно было заработать в Калифорнии, о земле, что стоила всего ничего, о том, как на ней можно выращивать виноград или строить дома. Мой отец отвечал в том же духе, рассказывая сказки о деньгах и прочих ресурсах, которые он был готов вложить в бизнес.

Они совместно создавали призрачный мир, состоявший из лжи и отчаяния, потому что оба были нищими неудачниками. Мой отец надеялся добраться до богатства, которым хвастал дед, а Казимир надеялся, что его успешный вновь обретенный сын позаботится о своем стареющем отце.

Когда, наконец, Казимир предложил профинансировать любое начинание моего отца, Чарльз согласился переехать в Лос-Анджелес, чтобы вместе создать общую деловую империю.