Мой (не)сносный сосед

И сегодня должна была возместить причиненный вузу ущерб до начала потоковой лекции.

– Вот засада, а.

Надсадно надрывается в заднем кармане голубых облегающих джинсов мобильник, в наушниках по-прежнему поет Егор Крид, я же наивно пытаюсь протиснуться в образовавшийся между стеной и коробкой проем. Убеждаюсь, что я ни разу не женщина-кошка и ни на йоту не женщина-змея, делаю шаг назад и наступаю на сложенный пополам листок. Разворачиваю слегка помятую бумажку и в тридцать первый раз за это короткое утро мечтаю убить своего несносного соседа.

Потому что его фантазии хватило на то, чтобы накорябать надпись подобного содержания: «Муж на час – 8-938-***-**-**».

Трубку эта ошибка эволюции берет не сразу, изрядно потрепав мои и так измочаленные нервы, бурчит что-то неразборчивое в ответ на ворох претензий, приправленных непечатными конструкциями, и отключается. Чтобы материализоваться в общем коридоре между нашими квартирами через пятнадцать длинных минут.

– Ванечка, миленький, выпусти меня поскорее, пожалуйста, – выбираю самый любезный тон из своего арсенала и вступаю в сговор с гордостью, обещая ей, что мы обязательно отомстим.

Чуть позже. А сейчас нужно побыть милой и вежливой девочкой. Совсем недолго.

– А что мне за это будет?

– Торт шоколадный хочешь? – спрашиваю вполне любезно и радуюсь, что Филатов не видит, с какой силой мои ногти впиваются в ладони.

– Конечно, хочу!

Спустя секунд десять моему взору предстают два заспанных бравых молодца, пришедших на помощь попавшей в беду девице.

Только кольчугу свою богатыри где-то забыли и теперь совершенно бессовестно светят обнаженными торсами. И я даже на пару мгновений засматриваюсь на кубики пресса и косые мышцы Ванькиного плоского живота, гипнотизирую родинку ниже пупка и только потом вспоминаю, зачем мы все здесь собрались.

– Спасибо, – я закрываю квартиру и заключаю соседа в благодарные объятья, которые ему, если судить по перебравшимся на мою поясницу пальцам, нравятся.

Задерживаю дыхание, боясь спалиться, и все-таки вытаскиваю торчащие из его кармана ключи. С притворным разочарованием отлипаю от мускулистого каменного туловища, шлю застывшим парням воздушный поцелуй и с грохотом захлопываю дверь чужого жилища ногой, обутой в черный замшевый балеток. Срываюсь с места со скоростью выпущенной из пистолета пули и с колотящимся сердцем заскакиваю в лифт под аккомпанемент оглушающего.