Три солдата

Фюзелли вышел, стараясь как можно громче стучать каблуками по камням. Улицы города», озаренные бледной луной, были безмолвны. В сквере звонко и отчетливо бил фонтан. Фюзелли отдал свой пропуск часовому и угрюмо направился в бараки. У дверей он встретил человека с ранцем на спине.

– Хелло, Фюзелли, – сказал знакомый голос, – что, моя старая койка еще здесь?

– Почем я знаю, черт возьми, – сказал Фюзелли, – я думал, что они отправили вас домой.

Капрал разразился приступом кашля.

– Кой черт, – сказал он.

 – Они морили меня в этом проклятом госпитале, пока не убедились, что я еще не так-то скоро собираюсь умирать; а тогда они приказали мне вернуться к своей части. Вот я и тут.

– Они не отставили вас? – с внезапной горячностью спросил Фюзелли.

– Черт возьми, нет! А зачем надо было бы меня отставлять? Ведь новый капрал еще не назначен, не правда ли?

– Нет… не совсем, – сказал Фюзелли.

V

Мэдвилл стоял у ворот лагеря, глядя на грузовики, проезжавшие мимо по главной дороге. Серые, неуклюжие, покрытые грязью, они ныряли вверх и вниз в грязные выбоины испорченной дороги бесконечной вереницей, тянувшейся насколько хватит глаз по направлению к городу и вверх по дороге.

Мэдвилл стоял, широко расставив ноги, и плевал на середину дороги. Немного погодя он обернулся к капралу и сказал:

– Будь я проклят, если все это чем-то не пахнет.

– Да, дьявольская суматоха, – сказал капрал, качая головой. – Видал ты этого малого, Даниэльса, который был на фронте?

– Нет.

– Так он говорит, что там разразился сущий ад.

– Что случилось, черт побери? Пожалуй, придется поработать по-настоящему, – сказал Мэдвилл, усмехаясь. – Бог свидетель, я отдал бы лучшего жеребца на своем ранчо, чтобы понюхать пороху.

– У тебя есть ранчо? – спросил капрал.

Грузовики продолжали монотонно громыхать мимо. Их шоферы были так забрызганы грязью, что трудно было разглядеть, какая на них форма.

– А ты что думал? – спросил Мэдвилл. – Что я в лавке торгую, что ли?

Мимо них прошел Фюзелли, направляясь в город.

– Эй, Фюзелли! – закричал Мэдвилл. – Капрал говорит, что там началось пекло. Нам, может быть, еще придется понюхать пороху.

Фюзелли остановился и присоединился к ним.

Думается мне, что бедный старичина Билли Грей уже всласть нанюхался его за это время, – сказал он.

– Хотел бы я быть с ним, – сказал Мэдвилл. – Если мы скоро не зашевелимся, я и сам попробую выкинуть этот маленький фокус теперь, когда погода установилась.