История Жака Казановы де Сейнгальт. Том 8

Я прогуливался по Тюильери около десяти часов утра, когда имел несчастье встретить Данжанкур с другой девицей… Эта Данжанкур была фигурантка оперы, с которой, перед моим последним отъездом из Парижа, я тщетно пытался познакомиться. Поздравляя себя с счастливым случаем, позволившим мне встретить ее так кстати, я подвалил к ней, и мне не стоило большого труда уговорить ее согласиться на обед в Шуази.

Мы направляемся к Пон-Рояль и, наняв фиакр, едем туда. Распорядившись насчет обеда, мы выходим, чтобы пройтись по саду, когда я вижу сходящих из фиакра двух авантюристов, знакомых мне, и двух девиц, подруг тех, что я сопровождаю.

Злополучная хозяйка, стоявшая в дверях, подходит сказать нам, что если мы хотим, чтобы нас обслужили вместе, она подаст нам превосходный обед; я не говорю ни да ни нет, однако встречаю согласие своих двух шалуний. Мы обедаем, действительно очень хорошо, и, заплатив, в момент, когда мы собираемся вернуться в Париж, замечаю, что у меня нет кольца, которое во время обеда я снял с пальца, чтобы показать одному из проходимцев по имени Сантис, который полюбопытствовал его рассмотреть. Это была очень красивая миниатюра, обрамление которой бриллиантами стоило мне двадцать пять луи. Я прошу, очень вежливо, Сантиса вернуть мне мое кольцо; он отвечает мне, вполне хладнокровно, что вернул мне его.

– Если бы вы мне его вернули, – возражаю я, – оно бы у меня было, но его нет.

Он упорствует; девицы ничего не говорят, но друг Сантиса, португалец по имени Ксавье, смеет сказать мне, что видел, как его вернули.

– Вы лжете, – говорю я ему, и, схватив Сантиса за галстук, говорю, что он не уйдет, пока я не получу мое кольцо. Но в это время португалец вскакивает, чтобы помочь своему другу, я делаю шаг назад и со шпагой в руке повторяю свое предложение. Хозяйка подбегает, испуская громкие крики, Сантис говорит, что если я хочу выслушать пару слов наедине, он выйдет за мной. Полагая простодушно, что, стыдясь вернуть мне кольцо при всем народе, он собирается возвратить его тет-а-тет, я вкладываю обратно шпагу, крикнув ему:

– Выйдем!

Ксавье садится в фиакр с четырьмя девками, и они возвращаются в Париж.

Сантис следует за мной за дом и, приняв смеющийся вид, говорит мне, что решил подшутить, положил кольцо в карман своего друга, но что в Париже мне его вернет.

– Это сказки, – говорю я, – ваш друг думает, что вы мне его вернули, и вы отпустили его уехать. Вы считаете меня достаточно глупым, чтобы я поверил таким россказням? Вы оба воры.