Александр Градский. Гранд российской музыки

* * *

Для Градского «политическое» относится к разряду «внешнего». Он, как и многие, любит порассуждать на общественно-значимые темы, но предельно аккуратен, когда речь идет о публичных выступлениях.

НЕРОКЕРСКОЕ

– Забвение может убить музыканта?

– Не убить: «придавить», скорее. Смотря кто и чем занимается. Иной на виду, во всех программах торчит, где попадя и ни попадя, а давным-давно погиб, во всех отношениях, а в творчестве и подавно, несмотря на ежедневный тупой пиар.

– Есть ли среди рокеров первой волны недооцененные? Или все-таки уровень наших музыкантов настолько ниже западных коллег, что здесь и говорить не о чем?

– Общий уровень пониже, конечно, но в каждой стране свои «иконы».

Джим Моррисон и Боб Дилан не сильно виртуозы, но герои ведь…

– Градский – конченый одиночка, солист по жизни и на сцене. Но если бы была гипотетическая задача собрать группу из наших рок-ветеранов, кого бы можно было представить в качестве аккомпаниаторов?

– Со мной всегда лучшие играли, играют и записываются по сей день.

Кого-то уже и на свете нет – это если говорить о сопровождении вокала.

А так, с кем только ни приходилось музицировать – от Минелли и Криса Кристоферссона с Азнавуром, Джоном Денвером и Дайяной Уорвик до всех наших: есть что вспомнить…

– Градский первый, кто из наших музицировал с Миннелли. И первый, кто стал на сцене щеголять исключительно в черном?

– У Высоцкого я никогда на концерте не был, но был убежден, что он должен бы выступать в какой-нибудь черной водолазке и в черных штанах, ну так мне казалось.

Неожиданно потом выяснилось, что он чаще работал на сцене в голубых джинсах: в каких-то даже светло-голубых… и либо в голубой рубашке, либо в зеленой, ну или в серой какой-то. У меня черные джинсы были, знаешь, в каком году? Первые. В 1961-м! И я тебе скажу, почему это произошло. Мой дядя ездил чуть ли не каждый год в Америку. Единственный коллектив, который катался куда-либо по-настоящему, это был ансамбль Моисеева, в котором он танцевал 25 лет.

Когда они отправились в загранку в очередной раз, в Америку, он оттуда в 61-м году привез мне в подарок охренительные совершенно джинсы Levi’s – темно-синие… и еще одни джинсы – черные, из простого материала, но с заклепками, такие полуковбойские штаны.

И я, как дурак, в «Левисах» не ходил, хотя это было суперкруто – темные, настоящие. В 61-м ни у кого из знакомых не было таких штанов.