Портрет в черепаховой раме. Книга 2. Подарок дамы

– О, Натали! Входи, входи, дорогая! Qu’est-ce qui s’est passе? Что случилось?

В комнате у стола сидела Кавалерственная дама ордена Святой Екатерины Наталья Кирилловна Загряжская и о чём-то рассуждала с Ольгой Протасовой, фрейлиной вдовствующей императрицы. Увидев, что на вошедшей Наталье лица нет, Протасова встала, затараторив:

– Ой! Засиделась я у вас! А у меня ещё столько всего, столько всего! О ревуар, Наталья Кирилловна!

– О ревуар, дорогая!

Протасова поспешно поднялась и удалилась.

– Садись, Натали!

Фрейлина села у стола.

– Чаю хочешь? Или, может, кофею?

– Non! S’il vous plait…

– По-русски, моя девочка! – поправила Загряжская. – Мы во дворце! Хотя, положа руку на сердце, я бы с удовольствием – avec plaisir! – перешла бы на французский. Что случилось?

– Я там… У лестницы… Ждала…

– Своего кавалергарда?

– Да, тётушка! И вдруг появился…!

– Великий Князь?

– Нет, его секретарь. А с ним этот… Другой…

– И что же?

– Они… Тётушка, они…

Фрейлина закрыла лицо руками и расплакалась.

* * *

В одной из комнат императрицы Елизаветы Алексеевны её сестра, принцесса Амелия Баденская, о чём-то оживлённо беседовала с фрейлиной Протасовой. Из покоев императрицы вышел лейб-медик Конрад Стофреген с лекарским саквояжем в руке. Амелия тотчас повернулась к нему.

– Что, Конрад?

– Как она? – в свою очередь поинтересовалась Протасова.

– Grossartig! Великолепно! – ответил доктор и продолжил с немецким акцентом. – Хорошо ест, хорошо спит, всё время шутит.

– И когда ждать? – спросила фрейлина.

– Уже скоро. В конце октября. Может быть, немного позже.

– Скорее бы! – сказала Амелия.

– Да, – согласился лекарь. – Ende gut, alles gut!

– Всё хорошо, что хорошо кончается! – согласилась Протасова.

– Не совсем так, фройляйн Протасова, – поправил Стофреген. – Если карош конец, то всё будет карашо! Я покидаю вас. Auf Wiedersehen!

– До свиданья, Конрад! – сказала Амелия.

– Приходите почаще, не забывайте нас! – добавила Ольга.

Стофреген остановился у дверей и произнёс с улыбкой:

– В Германии говорят: Wer will was gelten, der komme selten!

Лекарь ушёл.

– Что он сказал? – спросила фрейлина.

– Немецкая пословица: кто хочет, чтобы его уважали, тот появляется редко.

В дверь постучали.

– Qui est lа? – громко произнесла Амелия.

– Штабс-ротмистр Охотников! – послышалось изза двери. – Est-ce que je peux entrer?

– Entrez! – ответила Амелия.