Тайна булгаковского «Мастера…»

А сколько ещё собирался рассказать…

Сын, конечно же, бросился к отцу, чтобы тот опроверг известие, ошеломившее своим ужасом…

Успели ли они толком переговорить, неизвестно. Судя по тем косвенным сведениям, что дошли до наших дней, обстоятельного разговора, скорее всего, не получилось: Афанасию Ивановичу стало совсем плохо, с каждым днём он чувствовал себя хуже и хуже.

Всю свою дальнейшую жизнь Михаил Булгаков горевал по поводу того, что он что-то не договорил с отцом в те горестные мартовские дни…

Было ещё одно тревожное обстоятельство.

Врачи, лечившие отца, и его старшему сыну напророчили ту же участь: заболеть в 48 лет и скончаться на больничной койке. С тех пор до конца дней своих Михаил Булгаков будет панически бояться оказаться пациентом больницы.

Вполне возможно, что перед самой своей смертью Афанасий Булгаков всё же успел передать сыну свой отцовский наказ: постараться не передать грядущим поколениям ту страшную болезнь, которая досталась их семье по наследству от предков.

9 марта 1907 года профессор Булгаков написал прошение об увольнении его из Академии по состоянию здоровья. А через пять дней, 14 марта, «бессмертный» Афанасий скончался. Не дожив чуть больше месяца до своего 48-летия.

Юный Миша Булгаков наглядно убедился в том, с какой убийственной точностью сбываются мрачные предсказания врачей. Он ясно представил себе, как однажды у него внезапно ухудшится зрение, затем возникнет скоротечная болезнь, которая завершится мучительной смертью. Вычислить роковую дату было совсем нетрудно.

Отец родился 17 апреля 1859 года, значит, до своего 48-летия он не дожил ровно 33 дня. Стало быть, того, кто появился на свет 3 мая 1891-го, смерть должна поджидать 31 марта 1939 года. «31» – это «13» наоборот, а «39» – три раза по «13».

Семья Булгаковых в трауре по А.И.Булгакову. 1907 г. Сидят на полу: Лёля, Ваня; второй ряд: Варя, Варвара Михайловна с Колей и Надя; стоят: Миша и Вера

Кто знает, не тогда ли в голове гимназиста Булгакова впервые появились мысли о дьяволе и о его злобных каверзных проделках?

В этом месте нашего рассказа убеждённые материалисты наверняка могут саркастически усмехнуться.

Любая попытка связать чью-либо судьбу с влиянием на человеческую жизнь каких бы то ни было «роковых» чисел кажется им наивной и нелепой.

Что ж, материализм – понятие серьёзное, спорить с ним совершенно бессмысленно. Но не будем забывать, что Булгаковы были людьми глубоко верующими.