Обвинение и оправдание

Данный ответ заседает в мозгу, подобно ржавому гвоздю в отсыревшей древесине, выдернуть который можно исключительно клещами цепкого разумения.

Я предлагаю не повторять понятия, прописанные в толкователях или учебниках права, а смотреть себе в сердце, отвечать не увиливая. Кто такой преступник? Это человек. Что есть преступление? Это человеческое деяние, и оно олицетворяет само человечество. Вот оно! N.B. Мы на острие истины, с которого можно соскользнуть и провалиться в края абсурдов. Но вид явный: преступник – человек; преступление – жизнь человечества.

Я искренне надеюсь, что уважаемый читатель не склонен впадать в истерику, утверждая, что преступник – это зверь, это оборотень общества, а не человек. Либо идти еще дальше: преступление – это не человеческое деяние, оно противно человечеству.

Преступник – это человек. Преступление – это человеческое деяние, друзья мои. У преступления нет расы. У преступления нет национальности. У преступления нет религии. У преступления нет границ и вообще лица! Те, кто олицетворяет преступление с преступником, заблуждаются.

Преступление даже не продукт определенного класса общества, а продукт всего человечества. Это и есть человечество.

Нет ни одного класса, ни одной должности, ни одного статуса, ни одного мало-мальского положения или титула, из которых не было бы преступников. Преступниками были крестьяне и помещики, дворяне и придворные, служащие и трудящиеся, министры, короли, падишахи, цари, президенты и духовные наставники.

Были и будут. Так говорит история и здравый смысл. Ко всему трудно характеризуемому колориту примешивается еще и тот факт, что самыми злостными, коварными и кровавыми преступниками были те, кто занимали верховное положение власти.

Многие полагают, что преступник – это нарушитель закона. Данная мысль кажется неопровержимой, если проталкиваться среди теснящихся прохожих своего двора. Но как скоро мы сумеем освободиться от давления пространства и времени, так же сразу поймем, что самые злонамеренные, циничные и безжалостные нарушители закона и порядка судимы не были! А совсем наоборот, именно они судили и судили тех, которые олицетворяли законы и порядки.

Достаточно взглянуть на перевороты и революции. В те времена эти люди переступали законы, как лужицы, объявляя себя кем угодно, но с неизменным правом судить других и наказывать. Собственно, никто их этим правом не наделял, но они наделялись им условно и отвлеченно.