Автограф

Только предложение Елены сходить вместе на каток после Крещения помогло, наконец, молодым людям попрощаться. Женечка юркнула за дверь. Немного повременив для того, чтобы сердце откуда?то из горла вернулось на своё место, она бегом поднялась на второй этаж и посмотрела в заиндевевшее лестничное оконце. Митя всё ещё стоял перед домом, о чём?то, видимо, задумавшись, потом решительно повернулся и быстрым шагом пошёл догонять Елену. Через мгновение он скрылся из глаз. Безлюдная сине?белая улица и чувство, что тебе посулили что?то, но так и не дали.

Глухая пустота. Стало неинтересно, и девушка, покинув наблюдательный пост, направилась в свою комнату. Женечка чувствовала, как внутри неё зарождается, растёт нечто тёплое и волнующее, достигает лица и распускается счастливой, нежной улыбкой, которая впоследствии неизменно возвращалась каждый раз, когда она думала о Мите.

Оставшиеся праздничные дни Женечка провела дома, отказавшись от всех приглашений на ёлки. Ей не хотелось никого видеть, не хотелось разговаривать, а хотелось только чувствовать, проживать то новое, что заполнило её сердце после встречи с Митей.

Женечка боялась в развлечениях расплескать новые эмоции, которые накрыли её с головой. Она не задумывалась о природе своих чувств, не давала им названия, а беспечно отдавалась на их милость. Ей хорошо было сидеть рядом с изразцовой печкой в библиотеке отца, читать книги, временами вслушиваясь в полифонию ветра, и мечтать, мечтать, а потом сладко засыпать под вьюгу и зимнюю непогоду в тёплой уютной спаленке.

Откуда ей было знать, что в это самое время, тихо, крадучись, неумолимо, подобно леопарду, готовящемуся к прыжку, приближается Катастрофа, которая растерзает своими клыками всё: родной дом, близких людей, и утопит в крови всю страну.

Спустя всего три года, лёжа без сна в тревожной темноте в далёком чужом городе, к ней придёт непереносимое в своей беспощадности осознание непреодолимой пропасти между прошлым и нынешним: ни кресла у изразцовой печки, ни родных людей, ни ощущения тепла и безопасности родного дома у неё уже не будет никогда.

Сёстры

У Женечки были две сестры. «Точь?в?точь, как в пьесе Чехова. Мы с мамой старались», – посмеивался папа’.

Старшая сестра Варя характером и лицом пошла в отца: круглолицая, плотненькая, «сбитенькая», как говаривала её няня, неторопливая в движениях и речи, рассудительная.