Шаги Командора или 141-й Дон Жуан

Гробница забрана стеклом. А под стеклянным колпаком – много денег. Их приносили обетующиеся посетители.

Дальше этого склепа идти мужчинам возбранялось.

Поток посетителей непрерывный. Потому задерживаться подолгу нельзя. Мы покинули мечеть, созерцая древние камни с письменами, вмурованные в стены. Перед уходом Захра-ханум не поскупилась на воздаяние. Я же воздержался от назира-воздаяния, считая, что это как бы взятка Всевышнему.

Дом профессора, с которым предстояло встретиться, находился поблизости.

Шагая узкими старыми улочками Тебриза, я думал об Орудж-бее, некогда здесь сражавшегося против османцев, я думал о рядовых тебризцах, павших в битве за город.

Старые кварталы сносились.

Видимо, иранский режим тем самым стремился сравнять с землей историю. На месте старых построек возводили многоэтажные высотки. История приносилась в жертву современности. Выражаясь стилем националистов, под видом модернизации стиралась история. Духи роптали и стенали.

Петляя по извилистым улочкам, я напевал старинную азербайджанскую песню, в которой сказалась горестная ностальгия и разлука:

«Дороги Тебриза – виток за витком,

Гарагиля[11 - Гарагиля – поэтическое имя любимой, к которой обращены слова песни.

], виток за витком,

Коль не любишь меня, Гарагиля,

Ходи стороной, ходи стороной.

Ни тебе искать подругу,

Ни мне друга искать не придется.

– Роза задрожала, сердце оборвалось,

Утри слезы, Гарагиля, довольно, не плачь…»

В этот момент моего исполнения мы дошли до ворот, где на дощечке было начертано имя старого профессора.

Нажали на кнопку звонка, но никто не открыл. Камушком постучали по железным воротам. Никто не отозвался. Мы уже, отчаявшись, хотели повернуть обратно, как дверь дома отворилась и во двор вышла девчурка.

Захра-ханум окликнула ее:

– Доченька, здесь никого нет, что ли?

– Там старый человек живет, плохо слышит. Потому никому не открывает.

Нам ничего не оставалось, как запастись терпением и ждать.

Решили погодя вновь попытать счастья, постучать в дверь, повернули было к машине, и тут:

– Кто вам нужен? – донесся хриплый голос из-за двери.

Показалось нам, что обладатель этого голоса уже давно стоял за дверью и хотел оценить ситуацию.

Я назвал имя, фамилию.

– Зачем он вам понадобился?

– Мы можем это сказать только ему на ухо. Так велел старый суфий.

– Какой-такой суфий?

– Он, знаете ли, не всем показывается на глаза.