Квадромания

В его блестящих глазках плескалось злорадное удовольствие.

– Не заблудимся.

Прокричал Руслан, перекрывая рокот мотора. Лихо заложил вираж.

– У-у-у-ух.

Выдохнул Танкист, глядя вслед красным огням.

– Лихачек, – проговорил Герман и мотнул головой. Вадим выпил очередную рюмку. Его передернуло, лицо скривилось в жестокой гримасе, глаза сузились, на острых скулах задвигались тонкие жгуты мышц. Треск веток и рев мотора удалялись. В груди Вадима закручивался дьявольской смерч, поднимался вверх в голову, сметая хлипкие переборки из оправданий и доводов.

У него не получалось принять ситуацию и смириться. Наверное, потому что не так уж много было у него подружек. На Ирину он возлагал особые надежды. Только сейчас Вадим понял, что влюбился. Влюбился по уши, а девушка просто разрывала ему сердце. Он не винил себя. Не он это начал. Руслан с нижней позиции списка недругов стремительно поднимался в лидеры в категорию врагов. И, конечно, Олег. Он пойдет следующим. Они оба.

– Давайте парни, вмажем нашей сугубо мужской компанией.

Вадян, поддержишь? Ты же, наверное, тоже мужик?

Олег поднял стопку и с вечно мерзкой ухмылкой смотрел на угрюмого одноклубника. Тот медленно поднял на него глаза:

– Почему бы и нет.

– Да забей на нее, Ваик, – заговорил Герман, – у тя, знаешь, скоко таких еще бует.

Из леса доносился далекий рокот мотора. Танкист хихикнул:

– Бес в ребро, а дамочку склеил.

Вадим выпил одним махом. Сегодня вечером он все делал одним махом: одним махом пил, одним махом девушку потерял, одним махом врагов нажил, одним махом оленем стал.

Он опустил стопку, взял огурец и захрустел. Оперся локтями о колени, низко склонился. Едва не касаясь лбом стола, воткнул взгляд себе под ноги. Рокот становился все тише и вдруг смолк. Вадима словно током ударило. Он вздрогнул, перестал жевать, напрягся, вслушиваясь в ночь. Время шло, а лес безмолвствовал.

– О! Приехали! – воскликнул Танкист, замер, поднял руку с выставленным указательным пальцем. Все прислушались.

– Я бы пошел, проверил, – сказал Олег некоторое время спустя, глядя на поникшего Вадима. – Может, сломались. Помочь, может.

Вадим сидел неподвижно, не отвечал. Олег взял со стола радиостанцию:

– Сёмый, сёмый я восьмый! Прием! Сёмый я восьмый! Как слышно!?

Замер, прислушиваясь к треску из передатчика. Не дождавшись ответа, со знанием произнес:

– Наверное, чинятся.

Танкист засмеялся:

– Стой так, я все улажу.

– Да кончайте вы.