Ожерелье Зоны

Очкарик, его имя Алексей не мог вспомнить, стоял у стены к ним спиной и звякал на медицинском столике. Потом он подкатил столик к Алексею, попросил конвоира освободить пленнику руки. Перепуганный Алексей запротестовал:

– Какого черта? Я вам не дамся…

– Все ты дашься, – прорычал скуластый охранник. – Только рыпнись, сучонок, харю сразу начищу. Поворачивайся давай.

С обреченным видом Алексей повернулся. Когда охранник снял наручники, он самостоятельно расстегнул пуговицу на куртке и закатал рукав. Со словами: «Мы только кровь возьмем на анализ», – академик, надо признать, умело проткнул вену и набрал три пятикубиковых шприца, после чего залепил ранку пластырем.

От резкого скрипа металла о металл где-то в недрах базы Алексей вздрогнул и обернулся на дверь.

– Что там… Анатолий? – спросил он у исследователя. Тот повернулся, несколько секунд не сводил с парня глаз, потом пробурчал: – Надо же, помнит.

– Да, я вас помню, скажите, где Гриф, что с…

Он не договорил, послышался снова скрип, а затем грохот.

– Разговорчики, – подал голос конвоир.

Анатолий ничего не ответил Алексею, а охраннику сказал:

– Можете уводить.

– Куда? Куда меня уводить? – испугался Алексей. Анатолий поджал губы и поспешил отвернуться. Наступил на педаль, открыл крышку мусорного ведра и стал стягивать латексные перчатки.

– Не боись, – пробурчал скуластый, затягивая на тощих запястьях наручники. – Жить будешь.

– Постойте, что с нами будет? – заупрямился Алексей.

– Да пошли уже, – охранник схватил парня за предплечье и поволок к выходу.

Алексей потерял равновесие, опрокинулся, сгреб со стола инструмент, медикаменты и под перезвон хирургической стали повалился на пол.

– Дерьма кусок, – скрежетал скуластый, поднимая Алексея за воротник.

– Вы же сами меня… – хрипел сталкер. Воротник больно сдавливал горло и душил. Алексей стал извиваться в попытке подтянуть под себя ноги и встать. Через минуту с пунцовым лицом, растрепанный, с вывалившимися язычками берц, он брел по железному коридору в сторону дежурки.

Ему навстречу быстрым шагом двигался пожилой мужчина с редкими седыми волосами вокруг плешины на макушке, с высоким морщинистым лбом, узколицый, с глубоко посаженными глазами. Из-под расстегнутого белого халата виднелись зеленая военная рубаха времен СССР и брюки с лампасами.

Он говорил на ходу, не поворачивая головы. За ним поспевал сталкер в америкосовской армейке с СВДэшкой за плечом. Он развернул голову к седому и старался не упустить ни слова.