Ожерелье Зоны

БТР немного подбросило, словно наехал на кочку, – за Чека, – наемник подработал рулевым колесом вправо. Раздался истошный вопль. Затрещали автоматы, – за Бертолета, – защелкали по броне пули. Машина взревела, рванулась вперед, снесла ворота, с дребезгом прокатила по створе и, как дикий зверь, вырвавшийся на свободу, неудержимо устремилась в темноту ночи, выбрасывая напоследок густое облако выхлопа.

На неровностях машину подбрасывало и переваливало. Жесткая подвеска едва сглаживала неровности. Желтые круги света прыгали по сухой траве, вырывая из темноты колесный след.

Узкую колею «батона» Пистон старался пропускать под днищем. Он скинул обороты и был готов в любой момент отвернуть от аномалии.

– Ява, глянь по ящикам, сколько боекомплекта? – Гриф обернулся, посмотрел на патронные ящики, прикрепленные к правому борту. Затем развернулся в другую сторону, взглянул на башенную установку, окинул салон в целом. «Да, уж, – подумал он, глядя на пустующие крепежи, – малость распатроненный».

– Шмальни по этим уродам с башни, – крикнул Пистон Алексею, не отрываясь от дороги.

– Никуда он шмалять не будет, – веско сказал Гриф. Пистон быстро взглянул на него, затем вновь вернулся к смотровому люку.

– Ящик, Ява, вот этот, что слева, открой.

Машину раскачивало из стороны в сторону, любое действие приходилось корректировать и цепляться за выступы, коих в салоне было предостаточно. Алексей отстегнул замки, поднял крышку.

– Здесь лента для большого пулемета, – сказал он, рассматривая поблескивающие в полумраке крупнокалиберные патроны.

– Понял, – Гриф кивнул.

– Ява, – позвал он спустя некоторое время, – проползи по скамейке, открой верхний люк, посмотри назад.

Согнувшись под низким потолком, придерживаясь за трубу, на которую были накручены гофрированные противогазные шланги, Алексей стал пробираться в десантный отсек.

– Не на чем им гнаться, – проговорил Пистон, поняв, с какой целью Гриф послал парня. – Уазик на ремонте.

После твоего кувырка его только и чинили. Сделаем, день-другой покатаемся, потом он на нас.

Глава 8. Разговор в буфете

В институтских архивах Чаушев не нашел мало-мальски стоящей информации. Из разговора с подозрительным, обремененным подпиской о неразглашении младшим научным сотрудником Сошиным, обильно смачивая его «Чивасом», с горем пополам удалось выяснить следующее. Проект засекретили четыре года назад после неудачных испытаний.