Ржавый ангел

Ну…я немного и того…струхнул. И что такого? Зачем так швырять? Чуть руку не сломал.

Гриф не обращал на Алексея внимания, шарил лучом по кирпичным стенам, бетонному замусоренному полу, беленому, с черными разводами, шелушащемуся потолку. Его внимание привлек стеллаж у правой стены, где поблескивали какие-то объемные металлические предметы. Он сделал шаг в ту сторону и услышал яростный шепот из темноты: «Гриф, здесь кто-то есть, – шепот перешел на жалобное подвывание, – прямо рядом со мной».

Луч фонаря быстро метнулся на голос.

Гриф увидел следующую картину: Алексей сидел на грязном полу спиной к стене, а рядом в полуметре упирался задом в угол здоровенный слепой пес. Мутант уставился на Алексея своими незрячими глазами, скалился и утробно рычал. Морда его была свирепой, особенно немалых размеров желтые клыки на фоне изъеденных язвами десен. Шерсть на загривке стояла дыбом. Алексей косился на него, выпрыгивающими из орбит глазами, не смея шелохнуться.

Гриф сразу сообразил, кто наследил у входа и предположил, что изначально псов было двое.

Мутанты редко попадают в аномалии, но спешка и страх перед выбросом заставили одного из них совершить ошибку. Снаружи снова громыхнуло, прямо над амбаром. Да так, что содрогнулись стены.

– Спокойно, Салабон, – сказал невозмутимо Гриф, – если бы он хотел тебя тяпнуть, то уже бы это сделал. Он, как и мы спасает свою шкуру.

– Пристрели его, – пропищал Алексей, потея от ужаса. Капля пота скатилась меж бровей по переносице и затекла в глаз.

Алексей сильно зажмурился, превозмогая жжение.

– Пока мы его не трогаем, – продолжал спокойно вещать Гриф, – он не намерен трогать нас, тем более, что нас больше. Мы заключим перемирие на время выброса и потом разойдемся, каждый по своим делам. Ты, Салабон, давай без резких движений, потихоньку отползай, а я тебя подстрахую. Думаю, мутант поймет наши намерения и не вцепится тебе в глотку.

Алексей сглотнул, с мольбой посмотрел на сталкера.

– Давай, – с железной ноткой в голосе проговорил Гриф.

Миллиметр за миллиметром, не сводя перепуганных глаз с оскаленной пасти, Алексей двинулся по стене. Когда отполз на два метра, быстро перекатился, сдернул со спины дробовик, направил на пса.

– Убери пуху, – сдержанно, но твердо потребовал Гриф, – в убежище никто не умрет, это как в Африке во время засухи – что-то вроде водяного перемирия.

Алексей посмотрел на сталкера. Спокойствие и уверенность Грифа передались и ему.