Ржавый ангел

Вечерело, когда они ступили на огромную площадку, заставленную длинными ржавыми рядами зараженной техники на спущенных, вросших в землю колесах, с задранными капотами, с разбитыми фарами, с порослью на кабинах и кузовах. Брошенные радиоактивные грузовики, самосвалы, бульдозеры, подъемные краны, тягачи, вертолеты, пожарные машины, трактора, военная спецтехника, скорые «батоны» и РАФы, танки, БМПэшки и прочий транспорт доживали свой век на свалке вдали от людей и жилищ, как чумные в карантинных отстойниках.

– Тихо.

Слышишь? – Алексей остановился и замер. Сквозь постоянное потрескивание дозиметра он расслышал отдаленный рокот. Двигатель работал утробно, как у грузовика.

– Шагай, шагай, Салабон, – Гриф в спину подтолкнул Алексея, – здесь и не такое случается, особенно после выброса.

В подтверждение его слов вдруг в длинном ряду машин зажглась фара и тускло замерцала. Под каким-то капотом аккумуляторная батарея с распухшими стенками и осыпавшимися пластинами непонятным образом ожила и выдавала малосильные коматозные вольты.

В надвигающихся сумерках все это слышалось и смотрелось зловеще. Вдобавок, слух уловил тонкий писк умирающего клаксона. Ощущая мороз на спине, Алексей старался ступать тише и все время озирался. Его привлек негромкий голос Грифа: «Давай – ка перейдем. И держись дальше от этого железа. Фонит, как незнамо что».

На перекрестке они перешли в другой ряд. Мимо проплывали брошенные машины, которые когда-то верой и правдой служили своим хозяевам. Слева, справа кривые бамперы, битые фары, лобовые стекла, задранные, словно раскрытые пасти капоты, оскалы радиационных решеток нагоняли на Алексея жуть.

Они шли посреди коридора из дорожных плит. В стыках клоками топорщилась сухая трава, мох расползался зелеными плешинами. На открытом пространстве Алексей ощущал себя уязвимым. И слева, и справа, и с транспорта, и из-за транспорта, и из-под транспорта в любую минуту мог выскочить или того хуже, выстрелить, кто угодно. Алексей смотрел широко раскрытыми глазами и вертел головой.

Его руки крепко сжимали дробовик.

– Стой, – скомандовал Гриф. Алексей остановился. Ничего подозрительного он не видел и не услышал: все те же машины, далекие завывания, рокот мотора, писк…

Один за другим, молча, они шли, еле переставляя заплетающиеся ноги, в разгрузках и с автоматами. Складывалось впечатление, что они кого-то поджидали и вот то ли увидели, или услышали, или унюхали, вышли из укрытия.

Крепкая рука дернула остолбеневшего Алексея вправо.