Под знаком OST. Книга 2

Кукушка произносила свое тихое «ку-ку», зеленая трава пробивалась сквозь землю, где-то даже распустились подснежники.

Герр Хиппке достал из серебряного портсигара папиросу, понюхал скрученный в ней табак, чиркнул зажигалкой и закурил. Муся переодевалась молча. Настроение было паршивое. Она почти переоделась, когда он неожиданно быстро открыл дверцу машины и вытащил ее на поляну. Ее бледное лицо, руки с синяками от наручников его поразили. Муся смотрела на него с ненавистью, в ее глазах не было благодарности спасителю, интеллигентная русская девушка откровенно его ненавидела.

Альфред Хиппке схватил ее за руку и как следует сжал. Муся даже вскрикнула от пронизывающей боли, но сделала попытку вырваться. Немецкий офицер достал из-под своего ремня свой револьвер.

– Мне стоило большого труда найти тебя на заводе, а еще вытащить тебя оттуда и из карцера.

– Куда же вы меня везете?

– В Швейцарию. У меня там маленький дом. Там тихо и ты можешь жить со мной.

– В качестве кого? Я никак не хочу.

А как же Вера? Вы ей тоже предлагали поехать в Швейцарию?

Герр Хиппке побледнел. Муся затронула больную тему, попав в самую точку. Альфред до сих пор горевал по своей русской прислуге.

Втайне от самого себя и от всего арийского мира, в котором жил и существовал Альфред, он был влюблен в Веру Михайлович. Она была хороша в постели, и преступная связь с ней не давала ему покоя даже после ее смерти. Вера приходила к нему во снах вместе с ребенком и укоряла его за убийство.

Герр Хиппке просыпался в холодном поту, вспоминая ее синие глаза и белокурые волосы.

– (тихо, будто сам себе) Она-то мечтала стать фрау Хиппке… Кроме того, она была беременна!

– Вы ее убили!

– О, нет… Она напилась, что-то несла несусветное… Я, честно говоря, не сразу принял это всерьез… Потом она вскочила на окно, пытаясь разжалобить меня. И оступилась. (через паузу) Она мне снится. Часто. Она и ребенок.

– Это вы ей помогли выпрыгнуть в окно…

Слова Муси выводят герра Хиппке из себя, он разворачивается, хватает опять Мусю за руку, разворачивает ее к себе, сует свой пистолет прямо ей в руки.

– Ну-ка иди сюда! Иди, иди! Вот, стреляй! Ты думаешь, мне жизнь дорога, с тех пор, как я каждую ночь вижу во сне убиенную Веру и ее неродившегося ребенка? А еще твои глаза, полные ненависти.

Пистолет тяжелый и холодный, Муся с трудом удерживает его в руках. Дуло упирается прямо в мундир герра Хиппке.