Ген жертвы

Три попытки уйти

Душным июльским днём надомница Ира решила прервать земное существование. Дождавшись, когда супруг и сын-школьник отправятся в магазин, она торопливо нацарапала предсмертную записку и покинула квартиру.

Пройдя квартал, Ирина зашла в супермаркет, который её семья никогда не посещала. Но нужных для воплощения плана "А" вещей там не продавали, и тогда Ира села

в маршрутку, которая везла в спальный район – на другой конец города.

Проникла в высотку вслед за каким-то хлыщом.

Поднялась на лифте на последний, 16-й этаж. С общего балкона увидела двор и скривилась: "Как детей-то много… Нет, не прокатит".

План "С" предполагал поездку к искусственному озеру. Ире неожиданно стало хорошо. Такой свободы и лёгкости она не ощущала давно. Совесть её чиста: все живы, погода хорошая. А она, Ирина, давно здесь лишняя.

Однако и третья попытка потерпела крах, ибо мэрия затеяла ремонт набережной. Вместо пруда взору предстала унылая котловина.

Обессиленная, Ирина повалилась на траву и завыла.

Сквозь слёзы она проклинала всех своих врагов. Наплакавшись и наоравшись, домашняя раба вдруг… передумала уходить в тёмное и страшное.

Она не была лишней. Дома её ждал сын. Ире всего лишь требовалась встряска, и она её получила.

Николаевна

«Ну, мои хорошие, раз вы решили завести семью, придётся мне с вами расстаться», – дрожащим голосом, не глядя на постояльцев, произнесла хозяйка квартиры, сорокапятилетняя безразмерно широкая Ольга Николаевна.

«Ага, квашня, проиграла! Не удалось тебе Витьку увести! – торжествовала Алла. – Ничего, в крайнем случае вернусь к матери».

Сегодня утром Виктор сделал ей предложение. Алла в свои тридцать уже и не чаяла когда-либо выйти замуж. С Витей она в последние три месяца спала в одной из комнат двушки, принадлежащей одинокой Николаевне.

– Знаешь, я, наверное, в Чернобыль уйду, – огорошил её утром Витя.

– Сдурел, что ли?!

– А кому я тут упал? Стихи мои не печатают, Ольга Николаевна их критикует.

– А, так тебе дорого мнение ТВОЕЙ Николаевны! – вскипела девушка. – Может, в Чернобыль уйти мне?! Ты же мою любовь не ценишь!

– Алка, я люблю тебя! Давай поженимся!

Тридцатитрёхлетний Виктор был странный, но с ним Алла никогда не скучала.  Приглянулся он и экзальтированной Ольге. Несколько лет назад женщины трудились в редакции газеты. Алла работала там журналисткой, а Ольга – корректором.