Три женщины

– А ты говоришь, не женись! Глядишь, и меня беречь будет.

– Не знаю. Она у нас правильная очень. Да сам знаешь, в одном классе ведь учились. Она замуж выйдет только по любви. А кого вот она любит? Может, Вадьку? – Борис хитро посмотрел на друга. – Ну ладно, ладно, что зеленеть сразу начал. На самом деле Томке ты нравишься.

– Уверен?

– Не уверен, сам знаешь, она у нас скрытная. Да и что я ее спрашивать буду, больно надо. В своих бы делах разобраться. Но чувствую, сестра все-таки. Я всегда знаю, с кем ей приятно находиться, с кем нет.

Так что за соседского еврея уж точно не выскочит.

За еврея-то не выскочит. А Рудка? А Вадька? Все парни как на подбор. Не зря Борис про Вадьку намекал, ой не зря. Нет, нельзя ему в Москву. Упустит Тамару Семашко!

И чего Николай так волновался за свою Тамару, куда торопился? Он сам не понимал. Вроде ничего в ней нет особенного, и упрямая. И вроде бы не первая красавица. Вон Галька Мурашева. Королева, одно слово!

Но нет более верного человека, нет более справедливого и умного, чем Томка.

Женой для него будет только Тамара Семашко. Он так решил давно, еще в институте. Но где им жить?

Ковалевы занимали пол-избушки, двое взрослых детей. Николай и младший брат Генка. Маленькая комнатушка. На одной кровати мать с отцом, на другой – он с братом. Жену привести некуда. Ничего, разберемся!

А Тамара и не представляла своим мужем никого, кроме Николая. Зря он волновался, терялся в догадках. Почему? А просто лучше его не было.

Умница, эрудит, и при этом весельчак, заводила. Но на первом месте все-таки его светлая голова. Рудка тоже красавец, добряк, но до Николая ему далеко. И Вадим не отставал. Но не было в них той легкости. Минута, и все девчонки влюблялись в Николая. За собой мог повести кого угодно. Институтские девицы и не скрывали своих чувств.

– Эх, вот бы с Ковалевым сегодня потанцевать удалось. Так ведет, дух захватывает.

Молчала всегда одна Тамара. Она почему-то была уверена: не про нее.

Никогда Коля Ковалев не обратит на нее внимания как на будущую жену. Хотя и с братом Борисом дружил, и часто в доме у них бывал. Только все это вроде как по старой дружбе. И никогда серьезно. А тут вон что: «Мы решили пожениться».

Всегда правильная Тамара должна была поставить вопрос ребром:

– А меня ты спросил?

И мама посмотрела вопросительно: знала, у дочери от нее секретов не было. Нет, промолчала Тамара, боялась спугнуть странно пришедшее счастье.