Голливуд и его звезды

Ни трудности погружения, ни смертельно опасное давление толщи воды в 400 кг на квадратный сантиметр режиссера-энтузиаста не устрашили. На равных с членами экспедиции он совершил 12 погружений, реализовав, но все еще до конца не насытив свою давнюю мечту.

– Когда мы с русскими закончили подводные съёмки, – рассказывал позднее Джим, – я попросил всех собраться на палубе. Перед этим мы снимали всю ночь и весь день, больше 17 часов. Люди были предельно измотаны, но все собрались на носу корабля, и мы спустили на воду венок, на котором написали: Памяти пассажиров и экипажа «Титаника».

Наш фильм – кинематографический венок этим людям.

С помощью Ирландской судостроительной компании Harland and Wolff для съемок фильма было построено несколько моделей судна разной величины. Самая большая – односторонний макет лайнера, высотой в восьмиэтажный дом – была воссоздана практически в натуральную величину. Все это хозяйство надо было где-то размещать.

Студия 20th Century Fox построила гигантский павильон на побережье мексиканского курортного города Rosarito и арендовала 40 акров водной поверхности.

На берегу был вырыт невиданных размеров бассейн на 4 миллиона литров соленой воды. Модель корабля, которую должна залить вода, строили на дне этой бетонной чаши, на платформе с гидроцилиндрами.

Наиболее драматические эпизоды кораблекрушения и спецэффекты создавались с помощью компьютерной графики на 17 студиях, во главе с кэмероновской Digital Domain.

Кэмерон тщательнейшим образом готовился к съемкам, досконально проштудировал все доступные источники, с привлечением компетентных историков, изучил по минутам последний день на «Титанике».

«Это не просто история, это трагедия, – говорил он. – И я чувствовал огромную ответственность, стараясь правильно всё передать». Однако не принимал, что его «Титаник» – фильм-катастрофа. «Это любовная история на фоне исторического события, – настаивал он. – И когда любовь Джека и Розы будет разрушена, зритель станет оплакивать её, как реальную трагедию».

Бюджет подлетел до 200 миллионов, сделав будущий фильм самым дорогостоящим по тем временам. Сказать, что руководство студии нервничало, значит ничего не сказать. Оно с готовностью разорвало бы контракт с неуправляемым режиссером и закрыло этот проект с сомнительными шансами на успех, да деваться было некуда, он слишком далеко зашел. Джеймс обещал даже отказаться от своего процента от сборов, что было бы лишь каплей в море.