Смертельный лабиринт

Старый граф молчал, погруженный в прострацию. Свеча в его руке продолжала оплывать на тонкие пальцы, лицо сделалось болезненным, глаза увлажнились внезапными крупными слезами. Феде сделалось жаль старика.

Наконец Иван Петрович поднял голову.

– Мать твоя – кто? – спросил он. – Из крепостных? Венчана была или так…

– Мать моя, – с вызовом ответил юноша, – купца Залипушина младшая дочь. – Он не стал уточнять, что купец выгнал дочку, узнав о ее связи с ссыльным. – Венчались они.

Граф долго обдумывал ответ. Потом поднялся и положил Феде руку на плечо.

– Какую фамилию тебе дал отец?

– Свою. Записан Скопиным Федором Александровичем.

Старик вздохнул.

– Знаешь ли ты, что государь лишил моего сына всех чинов и званий, а также дворянского достоинства?

– Знаю.

– За что – знаешь?

– Да, – покорно кивнул Федя.

– Но! – граф поднял палец. – Мой Саша… он уже пострадал за свое преступление. Ты же в нем не повинен.

Он запнулся, губы его задрожали. Старик минуту боролся с внезапной слабостью, однако остался стоять на ногах.

– Утром, – продолжил он наконец, – я пошлю человека в Читу, чтобы он выписал из приходской книги и заверил у священника факт твоего рождения.

Он обнял одной рукой Федю, прижав его к себе. Юноша чувствовал, как содрогается тело старика.

– Ложись спать здесь, – прошептал он. – Все остальное – завтра.

Он отстранился, снова посмотрел прямо в лицо внуку, развернулся и вышел.

Федя остался стоять в темной комнате, оглушенный гулким биением сердца. Потом детские слезы поползли из глаз – не горя и не радости, – это были слезы страшного нервного напряжения, которое хлынуло в душу и затопило ее.

Он не помнил, как добрался до кровати и рухнул на нее не раздеваясь. Федя думал, что не уснет от избытка чувств, он все время вспоминал о своем разговоре с графом, но постепенно образ старика стал расплывчатым, его слова начали путаться, и Федор уснул.

Обитель

– Дайте мне воды, – потребовала Луиза. Они сидели в коротком коридоре, ведущем в третий зал – с парой, переплетенной в любовных объятиях.

Доктор передал девушке фляжку, предупредив, что воду надо экономить. Луиза сделала три глотка и вернула флягу Галеру. Тот отпил один глоток. Приступ неестественного веселья прошел.

– Но это глупо! – сказала Луиза.

– Что?

– Чтобы пробраться внутрь, надо пройти лабиринт, так?

Доктор кивнул.

– Но если внутри находился пленник, то как они носили ему еду? Каждый раз проходили весь лабиринт?

Галер замер.