Порочная королева. Роман о Екатерине Говард

– У меня есть один хороший знакомый при дворе, так вот он утверждает, что она крепка в старой вере и дружит с леди Марией, – сказал Уильям Эшби. – И еще добавил, что она худая как жердь и кожа у нее белее полотна.

– Как это рыцарственно с его стороны! – едко заметила Маргарет Беннет.

– Нет сомнений, за места при ее дворе шла серьезная борьба, – сказала Дороти.

– Ну, я Говард и не стану испытывать судьбу. – Кэтрин скривилась. – Мне, вероятно, суждено остаться здесь навечно и никогда не получить ни места при дворе, ни мужа.

– Я женюсь на вас! – воскликнул Роберт и картинно припал на одно колено.

– Прекратите дурачиться, – упрекнула его Элис. – У вас нет ни пенни за душой. Говарды на вас даже не взглянут.

– А я взгляну, – возразила ей Кэтрин и подмигнула Роберту, – если бабушка позволит. Ну да ладно, не дадите ли вы мне еще одну конфету?

На следующий день герцогиня вызвала Кэтрин в свою гостиную. Вместе с ней там находились зеленоглазый мужчина и еще один, постарше возрастом и с седыми волосами.

– Кэтрин, это мистер Мэнокс. – (Зеленоглазый поклонился.) – А это мистер Барнс, – сказала герцогиня, и Барнс сдержанно улыбнулся. – Я назначила их учить тебя музыке и пению, эти навыки повысят твои шансы в будущем занять место при дворе.

Кэтрин затрепетала при мысли, что мужчина, о котором она так много фантазировала, станет ее учителем. У нее никогда не было своего музыкального инструмента, хотя она иногда пыталась играть на принадлежавших другим камеристкам, и петь она тоже любила.

Первый урок состоялся на следующий день после обеда. Мистер Мэнокс поставил вёрджинел на стол у открытого окна в маленькой гостиной, и Кэтрин целый час знакомилась с клавишами, тайком поглядывая на учителя и думая, какой же он красавец. По окончании урока мистер Мэнокс ушел, а вместо него явился мистер Барнс, который принялся учить ее, как правильно дышать, чтобы во время пения голос шел из глубины горла.

– Вы все сделали хорошо, – сказал он в своей обычной бесстрастной манере, после чего кивнул и попрощался.

Кэтрин поймала себя на том, что ей нравятся новые занятия. Под руководством мистера Барнса она вскоре запела как соловей, по крайней мере, так он говорил, делая ей комплименты. Учитель пения оказался очень милым и добрым человеком, хотя Кэтрин подозревала, что он льстит ей из-за ее высокого ранга.