Зимняя корона

Ребенок выскользнул из ее тела в потоке крови и слизи, и, когда он вздохнул и закричал, Алиенора забилась в рыданиях и завыла от горя. Ей не нужен этот ребенок; ей нужен Гильом!

– Девочка, госпожа! У вас дочь, – негромко произнесла повитуха, поднимая повыше пищащего младенца, все еще привязанного пуповиной к Алиеноре. – Прекрасная девочка.

Алиенора зашлась в безутешных рыданиях. Встревоженная повитуха перерезала пуповину и быстро передала ребенка помощнице.

– Чрево королевы сместилось; она в серьезной опасности, – сказала женщина.

 – Нужно немедленно вернуть его на законное место, иначе надежды нет.

Порывшись в снадобьях, повитуха достала орлиное перо и поднесла его к пламени ближайшей свечи. Перо начало тлеть, и повитуха ловко направила едкий дым под нос Алиеноре.

От горького, густого смрада Алиенора задохнулась и судорожно отстранилась. Ужасные спазмы перешли в приступы кашля и рвотные позывы, и когда, наконец, к ней вернулась способность нормально дышать, она затихла, хватая воздух, будто выживший после кораблекрушения, выброшенный на берег.

Слезы постепенно иссякли, и Изабель де Варенн заключила королеву в крепкие объятия, сочувственно укачивая, как ребенка.

Родовые схватки возобновились, и послед выпал в чашу, подготовленную повитухой. К Алиеноре вернулись чувства, она была несчастна и измучена горем. Истекая кровью после родов, она думала, что плачет кровавыми слезами по своему потерянному сыну.

Новорожденного младенца искупали, завернули в чистые пеленки и показали матери.

Дочь. В каком-то смысле это было благословением, потому что никто никогда не увидит в ней замену Гильому. Даже едва родившись, малышка была красива, с лицом в форме сердечка и челкой мягких темных волос, чем напомнила Алиеноре Петрониллу, ее младшую сестру, которая была слаба здоровьем и жила под опекой монахинь в аббатстве Сенте, в Пуату.

– Как вы ее назовете? – спросила Эмма.

– Матильда, в честь ее бабушки-императрицы, – ответила Алиенора прерывающимся голосом.

 – Таково было пожелание короля, если родится девочка.

Генрих сказал, что если будет мальчик, то имя Алиенора может выбрать сама. Но теперь это уже не важно. Вслед за известием о смерти Гильома гонцы принесут ему весть о рождении дочери.

Королева скорбно вздохнула. По новорожденной принцессе не будут звонить колокола, ибо все они были заняты тем, что возвещали о смерти наследника – и в этом была ее вина.

5.