Зимняя корона

С ним поедут не только обезьяны-мудрецы, но и попугай, который знает «Отче наш» на латыни, и два золотых орла. – Его глаза искрились весельем и гордостью. – Не говоря уже о сворах гончих, сторожевых псах, а мехов, тканей и мебели хватит, чтобы обставить дворец.

– Осталось ли что-нибудь в казне, или мы все отдаем французам? – язвительно осведомилась Алиенора.

Страшно вообразить, что подумает об этом вульгарном обозе Людовик с его утонченным вкусом. Однако Париж, конечно, придет в восторг. Алиеноре не нравилось, что столько средств и усилий тратится на то, чтобы добиться союза, который она не одобряет.

Томас отвесил королеве учтивый поклон.

– Госпожа, уверяю вас, что не потратил ни монеты из казны сверх меры.

Алиенора пренебрежительно ответила:

– Рада слышать. – Однако, чтобы развеселить Гарри и удовлетворить собственное любопытство, она накинула мантию и позволила отвести себя посмотреть на плоды трудов Томаса.

От собранного Бекетом зверинца доносились ошеломляющие шум и запах.

Алиеноре даже пришлось прикрыть нос уголком вуали. Как и говорил Генрих, там были целые своры собак: темно-палевые гончие с грозными мордами, висячими ушами и низким глухим лаем, длинношерстные гончие с валлийских границ, энергичные и прыткие терьеры и огромные золотистые мастифы, крупные и мускулистые, как львы, для охраны многочисленных повозок, на которых предполагалось вести подарки и багаж. Округлив блестящие глаза, Гарри бродил по зверинцу, от клетки к клетке, громко и восхищенно сообщая обо всем, что видел.

Генрих взял Алиенору за руку.

– Все это не напрасно, обещаю.

– Говорят, что чем больше платишь, тем дороже обходится покупка.

Он пристально посмотрел на нее.

– Забудь о гордыне и подумай о будущем. Союз с Францией принесет нам земли Вексена, когда Генрих и Маргарита поженятся. Мир с Людовиком позволит нам привести армию в Тулузу и вернуть ее герцогству Аквитанскому. Этот союз – лишь средство для достижения важной цели.

Алиенора сжала губы. Ее не покидала мысль, что весь этот спектакль затеял Томас Бекет, с его любовью к пышности и решимостью Генриха затмить и ошеломить Людовика, показав французскому королю богатства, которыми тот не обладал. Вся эта история напоминала соревнование кобелей, которые пытаются пустить струю выше, чем соперник. Однако если они получат Тулузу, которую Алиенора давно желала вернуть в границы Аквитании, то затеянный цирк может того стоить.