Зимняя корона

Генрих продолжал давить: в предупреждение король разграбил и сжег город Каор, однако Раймунд лишь укрепил стены Тулузы и пополнил запасы.

Людовик предложил посредничество, но Генрих отказался, зная, что французский король намерен лишь предотвратить нападение на Тулузу. Его сестра, Констанция, была женой Раймунда, и Людовику этот город был не чужой. Однако двадцать лет назад, когда Людовик сам был женат на Алиеноре, он тоже пытался захватить Тулузу, и теперь его разрывали противоречивые чувства.

– Что ж, милорды, – сказал Генрих.

 – Перед нами крепкий орешек.

Поморщившись, Гамелин протер шею мокрым лоскутом ткани. Город получал припасы по реке, крепостные стены были на редкость длинными, а значит, окружить его будет очень непросто; даже такому мощному войску. К тому же у них было не слишком много времени. Несмотря на все сборы провизии и прочие детали подготовки кампании, Генрих предусмотрел оплату наемникам только на тринадцать недель. Когда закончатся деньги, закончится и кампания.

– Это в-возможно, – сказал Бекет, мрачный, но исполненный решимости. – Мы пришли сюда в надежде, что граф Раймунд пойдет на переговоры, но п-предполагали, что нам п-придется сражаться.

Гамелин взглянул на канцлера. Организацией кампании занимался Бекет, и его репутация зависела от успеха этого предприятия. Генрих требовал чудес, и до сих пор Бекет их совершал. Однако на этот раз чудо требовалось уж слишком необыкновенное. Сегодня канцлер заметно заикался – дурной знак.

– Завтра я предъявлю Раймунду Тулузскому ультиматум, – сказал Генрих. – И, если он не ответит до полудня, пусть пеняет на себя. – Король отвернулся, чтобы отдать распоряжения одному из своих инженеров насчет осадных машин. Их уже собирали из деталей, привезенных на телегах. – Я хочу, чтобы машины были готовы к утру, пусть Раймунд увидит их, когда проснется.

Небо потемнело до черноты, а сухие молнии сопровождались треском, напоминавшим удары молота по наковальне. Горячий ветер пронесся по лагерю, раздувая палатки, будто кузнечные мехи.

Ординарцам Генриха с огромным трудом, использовав дополнительные колышки, удалось поднять и закрепить королевский шатер – большую круглую конструкцию из алой с золотом парусины, где было достаточно места для кровати и снаряжения Генриха.

– Идемте, – резко потребовал Генрих, – нам нужно обсудить план действий.

Он отправил оруженосцев и герольдов за другими лордами-советниками и вошел в шатер.