Цирк чудес

Просто… – Он отмахивается и повышает голос, как бывает всегда, когда он сильно устал: – Никто.

– Совсем никто? – говорит Джаспер. – Ты можешь мне рассказать, правда? Мы же братья. Мы связаны друг с другом.

На шее Тоби проступает пот, нога нервно подергивается вниз-вверх.

Джаспер усмехается:

– Это была девчонка, да?

Тоби смотрит на свою выпивку.

– Ага! Кто же она? Ты уже поимел ее, повалялся с ней в кустах? – Джаспер смеется.

– Все было не так, – отрезает Тоби. – Она не… Я не хочу говорить об этом.

Джаспер хмурится. Его раздражает понимание, что Тоби существует отдельно от него, что у него есть свои мысли и секреты. Он помнит, как мальчиком видел рисунок сиамских близнецов, Чанга и Энга Банкеров, и у него пресеклось дыхание. Он чувствовал то же самое по отношению к Тоби. Там, на странице, было изображено то самое ощущение. Связь – настолько близкая, что она казалась физической. Они могли разделять одну печень, мозг и легкие. Их боль принадлежала друг другу.

– Ладно, – наконец говорит Джаспер.

 – Храни свой тухлый маленький секрет.

– Я… Мне нужно помочь с шатром.

– Как хочешь, – говорит Джаспер.

Он смотрит, как уходит Тоби, стараясь быть подальше от него. Его брат, его половинка, закрыт, как устрица. Выпивка осталась нетронутой на столе. Что он скрывает? Девушка не может быть особенной для него, поскольку со времени его отъезда прошло не более трех часов. Джаспер разгадает своего брата, как это было всегда.

Он вздыхает и строит мрачную мину.

С дуновением бриза доносятся запах гниющего крабового мяса и едкая вонь водорослей. Живодер приехал кормить львицу, и он слышит жужжание мушиной стаи. Он нащупывает кольцо в кармане, проводит пальцем по выгравированным инициалам. E.W.D. Это напоминает ему, на что способен Тоби.

– Стелла! – окликает он, поскольку не может вынести одиночества. Он видит ее через маленькое окно, когда она отвлекается от мойки слонихи. Он назвал своего прославленного левиафана Минни и выводит ее рядом с мышонком по кличке Макс.

«Самое большое и самое маленькое существа на свете!» На прошлой неделе, когда ему исполнилось тридцать три года, он купил Минни за триста фунтов, довольный ее освобождением от торговцев, которые порвали ей уши своими крюками. Джаспер думает о том, как любопытно, что он может терпеть страдания людей, но не животных. Во время Крымской войны его больше всего тревожили раненые лошади, хотя он насмехался над криками раненых солдат.