Крыса солнце жрёт. Книга 1

И снова нечеловеческий голос прорезал воздух, подобно ножу убойщика, скользящего по горлу несчастного животного:

– Омойте тело, оденьте подобающе случаю, в черное. Пусть займется главный лекарь. Это, конечно, не его работа, но мессир Бром справится. Снесите Джона в фамильную крипту под Главным замком. Раз лицо обезображено, то я не смогу его выставить на обозрение перед моими подданными. Это вызовет ненужные толки. Да и заявлять во всеуслышание о смерти первого наследника рано. Для начала нужно решить все проблемы, а уже потом все и объявим.

Когда все веревки сплетем в единый крепкий узел.

С трудом проглотив комок, застрявший в горле, генерал спросил:

– А что касательно меня, ваша светлость? Я не исполнил приказ. Что ждет меня?

Неживыми глазами барон посмотрел на мессира Оукмана.

– Да уж. Убивать моего сына я тебе не велел. Однако, ты – верный рыцарь. Сейчас у меня таких нехватка. Ты мне нужен. Я не буду тебе обещать, что, когда все закончится, тебе сойдет с рук халатность, с которой ты выполнял приказ.

Ведь эта халатность привела к гибели не кого-то там, а первого наследника, официально объявленного и утвержденного. Нет, ты понесешь наказание. Но я обещаю тебе, что это будет не смерть.

– Как прикажете, ваша светлость! Я – ваш верный слуга, не более, – Логан почтительно поклонился. В конце концов, будет жить. А это уже хорошо. Так решил про себя генерал Особой гвардии.

– Когда тело будет полностью готово к погребению, сообщите мне, – на том барон разговор и закончил.

Каменные гробы для крипты правителей баронства Вуков готовились заранее. Как только рождался ребенок в семье, сразу же сооружали ему и саркофаг. Эта была традиция рода. Честно говоря, уже даже сам Аластор Вук-старший не знал по-настоящему откуда традиция эта взялась и что она значила. Поэтому особых хлопот с подготовкой к захоронению Джона Вука не было. Мессир Корнелий Бром крайне не хотел заниматься этим делом, но приказ барона выбора ему не оставлял.

Он и его помощники, в числе которых был и Павле, достаточно быстро омыли тело первого наследника, одели его в роскошные черные одеяния и отчитались о проделанной работе генералу Оукману. Тот открыто заявил, что о смерти Джона говорить никому не следует, об этом будет объявлено самим правителем и тогда, когда он посчитает нужным сделать это. В убеждениях ни Корнелий, ни его ученики не нуждались.