Крыса солнце жрёт. Книга 1

Видя, что даже столь высокие лица государства начали падать в объятия Ангела Смерти, лекари более всего хотели оставаться в стороне, ничего не видеть, не слышать и молчать как рыбы. Предел же их мечтаний заключался в том, чтобы вообще пропасть на пару месяцев из Главного замка и вернуться только тогда, когда барон расправится со всеми, кто ему не угоден, и жизнь войдет в обычное русло.

Труп наследника гвардейцы мессира Оукмана аккуратно перенесли и положили в каменный гроб. Оставалось только закрыть последнее ложе Джона тяжелой крышкой, и обряд похорон можно считать завершенным.

Позже уже мастера выбьют все необходимые надписи, а сейчас Логану хотелось поскорее завершить дело и больше не видеть покойника, напоминавшего ему о собственной неосторожности и поспешности при выполнении приказа Аластора Вука-старшего. «Эх, опростоволосился ты, Логан! Как же ты опростоволосился! После стольких лет верной и безупречной службы!» – поедал себя изнутри генерал.

Когда барону было доложено о том, что сын его уже подготовлен к прощанию, старый охотник, опираясь на свою трость, спустился в крипту.

Он выгнал всех, кроме мессира Оукмана. Генерал хотел уйти, но Аластор запретил ему:

– Смотри, смотри. Никогда нельзя отводить глаз от того, что ты содеял. Даже если тебе это противно и омерзительно. Ты ведь не сопливый щенок. Сам все должен понимать, генерал. Разве не так?

– Все так, ваша светлость. Простите.

Теперь они стояли и, молча, каждый думая о своем, смотрели на страшного мертвеца, который усмехался им.

В усмешке этой читалось презрение к обоим. К генералу, что допустил убийство. К отцу, что оставил его безнаказанным.

Крипта освещалась всего тремя факелами. Два были закреплены у гроба, один держал Логан. Тени в пьяном безумстве плясали по стенам, по полу и потолку, по лицу покойника. Создавалось впечатление, что Джон шевелится во сне. Но это было шевеление смерти. Нервы мессира Оукмана вибрировали, как перетянутые струны на лютне, готовые вот-вот лопнуть. Сам же барон в эту минуту почти не отличался от убитого сына.

Та же бледность, та же скорбь, та же отрешенность.

– Мессир Варга уже отправился за Драганом Янкой? – гулким эхом разнесся голос Аластора Вука-старшего по крипте.

– Да, они скоро прибудут. Должны прибыть.

– Дай сюда, – барон протянул руку, и генерал Особой гвардии со вздохом облегчения передал своему повелителю факел. – А теперь иди вон. Жди меня у входа. Люди, которые закроют саркофаг, на месте?

– Конечно, ваша светлость.