Возмездие Сандокана. Возвращение Момпрачема

– Дождемся, пока она спустится, – велел Малайский Тигр. – Нельзя, чтобы она уронила наши боеприпасы, иначе половины не досчитаемся. Подойдите ко мне поближе.

Самка спускалась, взревывая и повизгивая. Когда до земли оставалось около тридцати футов, она прыгнула, приземлившись на ноги, и подняла ящик над головой, намереваясь швырнуть его во врагов. Однако ее планам не суждено было сбыться.

Грянули четыре выстрела, затем еще три, и все чуть ли не в упор.

Несчастная орангутаниха, нашпигованная пулями, рухнула на колени, схватилась за голову.

Потом попыталась подняться, но силы оставили ее, и она повалилась замертво рядом с телом самца.

Каммамури бросился к драгоценному ящику.

– Вот это приключение так приключение, – произнес Тремаль-Наик. – Даже на тигров охотиться легче.

– Так и есть, – согласился Янес. – «Лесные люди» будут похлеще носорогов. Во время наших странствий по султанату Варауни мы с Сандоканом не раз сталкивались с орангутанами, и, признаюсь, мои пальцы нередко дрожали, нажимая на спусковой крючок.

– Друзья, – сказал Малайский Тигр, – патроны мы вернули, давайте подумаем, как поскорее добраться до нашего отряда. Ночь лунная, дорога будет нетрудной.

– Если только хищники нас пропустят, – хмыкнул Каммамури. – По-моему, их должно быть немало в здешних джунглях.

– У нас четыре сотни патронов, – отмахнулся Сандокан. – Хватит и на слонов, и на носорогов, и на тигров с пантерами. Открывай ящик.

Маратха тальваром разрубил доски. Набив карманы патронами, отважная четверка решительно двинулась к реке, оставив позади негостеприимные заросли дикого перца.

Глава 10

Дикие буйволы

Ночь была просто волшебной.

Взошедшая луна изливала на бескрайние джунгли потоки голубоватого света, собиравшиеся на полянах в целые искрящиеся озерца. Прохладный бриз шелестел широкими листьями банановых и кокосовых пальм.

В этом море лунного сияния носились, точно ослепленные сказочным великолепием, крупные летучие мыши с лисьими мордочками и мохнатым тельцем.

В отдалении мрачно шумела Маруду, ее волны глухо бились о берега и замирали в тростниках бесчисленных островков.

Сандокан, сызмальства привычный к лесным переходам, быстро сориентировался и уверенно повел товарищей на восток. Вскоре они вышли к реке тремя милями выше того места, где затонул баркас. Река переливалась всеми оттенками расплавленной бронзы. Порой ее сияние местами затмевали темные пятна: это всплывали на поверхность стаи голодных крокодилов.