Дневники Энрида Борисовича Алаева. Том 1

Павел позвал к себе полководца. По пути он низко поклонился лакею. «Что вы, это лакей!» – «Потому и кланяюсь: сегодня лакей, а завтра барон».

Но Суворов не поладил с императором. Он не признавал солдата пружиной механизма армии, а считал его человеком. Павел вышел из себя. Вдруг Суворов застонал: «Ох, живот болит!» Царь разъярен, он со злостью бросает вслед убежавшему Суворову его шашку.

Прошел год. Опасность со стороны Бонапарта увеличилась. Опять обратились к Суворову. И только слово «Россия» заставило его занять пост главнокомандующего.

Солдаты штурмуют Сен-Готард. Дружба помогает им преодолеть многие препятствия. Перевалив через хребет, русские напали на стан французов с тыла. Враг был разбит.

Суворов спешит на помощь Римскому-Корсакову. Но, оставленный австрийцами, Римский-Корсаков был разбит, это позволило основным силам французов окружить Суворова. Впервые великий полководец попал в такое положение.

Солдаты мерзнут. Многие умерли.

Военный совет обсуждает положение.

– Выхода нет!

– Есть! – прерывает его Суворов.

Лица генералов светлеют. Уж Александр Васильевич не сдаст!

Суворов предлагает свой гениальный план штурма Чертова моста. Солдаты все согласны. Войска двинулись к Рейну. Неожиданно французы взорвали часть моста. Суворов приказывает сделать настил из бревен. Под градом пуль русские солдаты починяют мост.

Фельдмаршал ринулся первым по мосту:

– Вперед!

На этом картина кончается.

Фильм хороший, мне понравился, но достаточно слаб. Лучше бы было разбить жизнь Суворова на три отдельные картины.

14 мая

Я почти совсем не готовился к контрольной: всего Пушкина я знаю назубок. Но ребята наши с волнением следили за рукой Клавдии Александровны, выводившей на доске названия тем. Я взял первую, самую обширную: «Художественные особенности романа Пушкина «Евгений Онегин». Ну, написал, конечно.

Малей сегодня пришел в школу: он два дня лежал в институте Склифосовского, после того как проглотил четверть грамма медного купороса.

Славка Исаков сегодня совсем раздурачился. Помню, до четвертого класса он был отличником, сейчас его не допустят до испытания. Он поднял меня (здоровенный детина) и бросил на Лысову Розу. Я извинился перед ней, хотя совсем не виноват.

После седьмого класса Славка хотел поступить в военно-морскую спецшколу, но не прошел: у него хронический насморк.